Шаарнцы безуспешно пытались вернуться в свое собственное пространственно-временное измерение, но в силу каких-то непонятных причин оно оказалось блокировано и для Беглеца, и для них самих. Таким образом, система Беглец никогда не сможет снова попасть в то пространственно-временное измерение, в котором существует Шаарн.
Тронцы, сломленные и растерянные, пока не представляли собой ни для кого угрозы — они усиленно сплачивались и укрепляли свою планету, бросив своих сателлитов на произвол судьбы.
Шаарнцы смогли посадить свои корабли, основав небольшой, хорошо защищенный город на Северном полюсе одной из планет, которую они назвали Глани. Здесь много веков подряд они безуспешно пытались найти способ вернуться в свою родную Галактику.
Позже тронцы тоже пришли на Глани, чтобы быть поближе к ненавистным шаарнцам.
В конечном счете, тронцы поняли, что с ними случилось, и стали, в свою очередь, тоже заниматься проблемой свертывания пространства. Они хотели синтезировать такую систему, которая смогла бы перебросить весь их мир с его материальной культурой сквозь многомерные пространственно-временные потоки в их родной континуум, чтобы отомстить Шаарну. Пока их попытки не увенчались успехом.
Именно по этой причине Ринарк и Эсквиел не обнаружили на планете тронцев, которые как раз в это время очередной раз пытались преодолеть многомерность пространства.
В войне между Троном и шаарнцами возникла патовая ситуация, обе враждующие стороны всеми силами пытались найти способ вернуться в свою Галактику. Так проходили тысячи лет, и когда кто-нибудь пробовал вторгнуться на территорию Беглеца, Трон яростно восставал, пытаясь уничтожить пришельцев, которые, по убеждению тронцев, как стервятники, хищно слетались сюда, на Беглец.
Такова была вкратце история Разлученных миров…
Когда эксперимент окончился, Ринарк почувствовал, что несколько даже успокоился. Теперь он уже больше не будет блуждать в потемках, теперь у него в руках конкретные, убедительные факты, имеющие прямое отношение к тому, что его интересует; кроме того, он был уверен, что получит от шаарнцев еще немало ценных сведений.
Наро Нуис телепатически передал:
— Надеюсь, то, что вы узнали, будет полезным для вас, Ринарк Джон.
— В высшей степени, но, полагаю, вы, наверное, не сможете снабдить меня более точной информацией о способе свертывания пространства.
— К сожалению, вы правы. Нам удалось установить, что установка, с помощью которой производили свертывание, действовала в соответствии с законами, открытыми шаарнскими учеными только для их собственного континуума и не распространяющимися ни на какой другой. Полагаю, наши ученые специально наложили эти ограничения, чтобы навсегда избавиться от Трона.
— Меня удивляет, как вы до сих пор не объединили с тронцами ваших усилий — ведь, кажется, цель-то у вас общая.
— Не совсем. На самом деле, сейчас мы соревнуемся с Троном. Троицы намерены снова обрести свою вселенную, а в наши планы это совсем не входит. Нам хотелось бы остановить Беглец, чтобы он не мог двигаться ни в какой континуум, кроме нашего собственного, — это навсегда лишит их возможности продолжать войну.
Инопланетянин вздохнул, совсем как человек.
— Конечно, может случиться, что процесс движения системы Беглец необратим. В этом случае все наши усилия тщетны. Но мы надеемся на лучшее.
Ринарк почувствовал горькое разочарование. Если уж эти существа, которые сами вызвали к жизни систему Беглец, не понимают принципа ее действия — это конец, след потерян. Но Ринарк не мог смириться с мыслью, что ничего уже не сможет сделать. Это было не в его характере.
Он встал, мозг его напряженно работал, четко сортируя полученную информацию, выбирая то, что наиболее необходимо в данный момент. Ничего, пока еще есть время. Он не должен терять надежды — назад дороги нет. Он решил принять в расчет только те сведения, которые можно было эффективно использовать в этой системе…
Они вышли из комнаты и направились к кораблю. По дороге Ринарк заметил, что в просторном низком здании, напоминающем ангар, с широко распахнутыми дверями, кипит какая-то бурная деятельность. Эта картина поразила его, потому что совсем не вязалась с ощущением безысходности, которое, по его представлениям, должны были испытывать шаарнцы.
Он не замедлил сообщить об этом Наро Нуису, и тот оживленно откликнулся.
— Это заключительный этап очень длительных исследований. Мы сооружаем сейчас такую систему, которая позволит нам остановить движение Беглеца.
Ринарк недоуменно уставился на него.
— Как? И это после мрачной истории, которую вы мне поведали?
— Я ведь сказал вам, что мы продолжаем наши эксперименты, — ответил слегка озадаченный Наро Нуис. — Вскоре мы начнем переводить это сооружение в космическое пространство, как можно ближе к солнцам.
— Но ведь вы все время говорили, что не понимаете принципа движения Беглеца! — взволнованно воскликнул Ринарк, потрясенный мыслью, что Наро Нуис мог солгать ему.
