– Женщины, живём один раз! – вмешалась в наш разговор администратор. – Берите от жизни всё что возможно! Посмотрите на Лео. Он уже третий университет оканчивает. Два красных диплома имеет, зарабатывает третий. Лео знает всё!
– Да, я такой! Скоро моя выставка картин. И книга стихов готовится к печати!
– Молодец, Лео! А сколько тебе лет?
– Тридцать три. Я ещё молод. И у меня всё впереди, да, девчонки? Хотите, я вам свои стихи почитаю?
– Конечно, Лео!
Молодой человек принял серьёзный вид.
– Браво, Лео, браво!
– Вы прочли мою душу, Лео!
Лео взял руку Розы, поднёс к своим губам, прикоснулся и произнёс:
– Роза, живите всей душой и телом! Не жадничайте. А то опоздаете!
– Добрый вечер! Кого тут принарядить?
– Марго-о-оша!
– Ле-е-е-о! Прекрасно выглядишь.
Одарив комплиментом молодого человека, женщина приступила к делу:
– Девочки, для вас отдельный пакет, посмотрите. Мерьте платья, пока Лео не занялся вами. Он подберёт под наряды макияж. Вам лучше вот этот цвет. А вам – вот это платье. Ух! Женщины! Как же я угадала! Глаз не оторвать. Да, можно на карту! Вот визитка, номер телефона там.
– Вика… я не смогу в этом… Оно слишком открыто…
– Дама, вы из Сибири?
– Тихо-тихо… Розалия, ты пойдёшь в этом платье. Ты его уже не снимешь. И пойдёшь в нём в ресторан. Поняла? Вот и хорошо. Не порти мне вечер. Я тебя неделю слушала. Послушай меня и ты!
– Я сама заплачу, Вика. У меня есть деньги.
– Я и не сомневаюсь, – отрезала я. И поинтересовалась у Маргоши: – Марго, бижутерию прихватили? Случайно…
– Конечно! Выбирайте. А вам лучше это! Скромненько и со вкусом! Вау, красота какая! Лео, посмотри!
– Марго, ты волшебница! Так, кто ко мне? Я так понял – эта дама, по имени Роза…
Внимание Лео привлёк молодой мужчина, появившийся в салоне.
– Пьер, хорошо, что ты зашёл. На вызове был? В випах? Возьми даму, а то они опоздают в ресторан.
– Лео, всегда рад помочь! Такую даму да не взять! А сделаем-ка из вас кошку! Этакую загадочную, гуляющую сама по себе, а?
– Делайте, Пьер!
В ресторане весь вечер звучала спокойная музыка: играли саксофон, скрипка, фортепиано. Прекрасным обслуживанием и отличной кухней наслаждалась интеллигентная публика, в том числе обходительные мужчины. Розалия светилась от счастья. Было заметно, что она впервые пришла в дорогой ресторан, поэтому чувствовала себя скованно. Но к концу вечера немного расслабилась и даже танцевала. В номер мы пришли далеко за полночь. Счастливые и отдохнувшие. Всё-таки ресторан есть ресторан, тем более если он достоин похвалы.
А я вспомнила одну историю, связанную с рестораном. Как-то нас с мужем пригласили на свадьбу. Свадьба была шумной. Отлично организованной во всех отношениях: работали профессионалы – кухня, зал, праздник. Невеста блистала: была весела, порхала, как бабочка, от одного гостя к другому, танцевала, танцевала, танцевала. Фата развевалась шлейфом, путалась под ногами, ко всем цеплялась, на неё наступали, смахивали её со своих потных раскрасневшихся лиц развеселившиеся гости…В общем, она совсем была ни к чему, эта фата. В конце концов невеста сей атрибут невинности сняла и небрежно бросила на спинку стула.
Жених же был похож на контрабас: огромен, неповоротлив, грузен, басист и малоподвижен. Или возраст делал его таким, или характер – это так и осталось загадкой для гостей. Невеста изредка к нему подбегала, целовала в лоб – видимо, это было его самое чувствительное место, – проводила хрупкими пальчиками по мелким костяным пуговицам на его белоснежной рубашке с бабочкой у самого подбородка, как смычком по струнам контрабаса, только снизу вверх, а не из стороны в сторону – и убегала к гостям.
«Не отрекаются любя, ведь жизнь кончается не завтра. Я перестану ждать тебя, а ты придё-ё-ёшь совсем внезапно…»
Мощный голос певицы усадил за праздничные столы уставшую от бурных танцев и игр публику. Вернулась с танцпола и невеста. Поцеловала хмурого, видимо, уже уставшего жениха в потный, без явных морщин, лоб и уселась рядом.
Певица продолжала петь. Гости накинулись на горячие блюда, уже не обращая никакого внимания на виновников торжества.
«Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно. Не отрекаются любя…» – надрывалась артистка. Песня кончилась. Певица поклонилась и ушла со сцены.
