— Еб твою ж мать! Фешта! Че это за херня блять?! — самое безобидное, что он сказал.
Вошедшим предстала достаточно… М-м-м… интересная композиция.
В углу, на расстеленном покрывале лежал Клинк. Фешта неуклюже развалилась в другом конце помещения в каких-то ящиках и мусоре. А посередине разлегся плашмя вытянутый худощавый старик в кроваво-блевотной луже, которая вдобавок была размазана по всему полу — бездыханное тело старика, которого во время шторма мотало туда-сюда, послужило для этого кистью, которая размалевала большую часть поверхности.
— Ну и мерзость, — пробормотал Глеб, скривившись.
Рината пропихнулась через толпу вперед, выглянула из-за плеча Марфы и, ойкнув, ретировалась обратно.
Первым делом она подошла к Феште. Грудная клетка девочки вздымалась от ровного дыхания. Это хорошо. Пульс был в норме и особых повреждений на теле не было. Целительница вытерла ей рот тряпочкой, а Тайлор поднял девочку и положил рядом с Клинком.
— Откуда он тут взялся? — спросил Остьен.
— Наверное, пробрался сюда, чтобы перезимовать. А тут мы появились, — ответил Тайлор, поднимая каму девочки из угла.
Кеган был уже тут как тут. Присел перед трупом, как нахохлившаяся ворона, схватил труп за волосы, показывая шею.
— Очень интересно… — проговорил он, указывая пальцем на торчащее горлышко бутылька из его шеи, хохотнул, — а девчонка не из робких.
— Да уж, — Тайлор нахмурился, смотря на ранение, — Парни, найдите ведро и швабру, надо отмыть тут все. Остьен, хватай его за ноги. Я за плечи. Выкинем мерзавца за борт. Пусть мемозины налакомятся.
Марфа наклонилась перед Клинком. С девочкой все было в порядке, кроме раны на плече, она лишь провалилась в сон от переутомления. Поспит чуток и полегчает, но вот с мальчиком проблем было гораздо больше. У него началась лихорадка и горячка, не считая обморожения по всему телу. Покрасневший лоб блестел от пота, тело разгорячилось, а веки с ресницами были мокрыми.
Целительница собрала все содержимое своей сумки, отметив про себя, что согревающей мази не было — ее остатки расплескались по полу и смешались с кровью и прочими выделениями.
Когда она прикоснулась к нему, он что-то слабо простонал, и его слезившиеся глаза чуть приоткрылись и посмотрели на нее. Клинк попытался привстать на локтях, но Марфа легонько тюкнула его в лоб, укладывая обратно.
— Тише, тише, мальчик. Тебе сейчас нужен покой и сон.
— Фешта… она…
— С ней все в порядке, — целительница погладила его по мокрой от пота голове.
Удовлетворившись ответом, мальчик уснул.
Третьей проблемой и самой большой был Бродд. Молодого парня, несмотря на невидимость, ранили в бок, чудом не попав в сердце. А может, чудо было бы, если попали и избавили его от будущих мучений. Рана была неглубокая, в два ногтя всего. При обычных условиях Марфа бы на раз-два вылечила бойца, но сейчас они находились посреди моря в самый разгар зимы, еще и, судя по тому сытому бомжу и вскрытых ящиках их провизии, без пропитания. Поэтому Марфа сомневалась, что сможет помочь ему. Она вообще сомневалась, что кто-либо из них переживет это путешествие. Вернуться обратно в Натлин они не могли — Мерикот наверняка перед отплытием повесил за их головы награду. А их скромную компашку из рыжего мага и девушки, «ведьмы», оборотня и полукровки видело достаточно людей.
Следующая неделя, и все последующие превратились в сущий ад. Стояла середина зимы — самое безжалостное время года, а на севере — тем более. Температура иногда доходила до трех полных оленей. Такие условия сложно пережить на суше, а в море и вовсе невозможно. И они наверняка все погибли бы от банальной простуды, если бы не Тайлор. Поначалу маг-новичок гасил в них болезнь при первых признаках, потом медленно, но постепенно они перестали заболевать вовсе. Рината это объяснила тем, что после долгого лечения магией, их тела, поддерживаемые ею, выработали иммунитет к определенным болезням. Сам Тайлор не заболевал вовсе. Маги не могли заболеть, даже если их дар не раскрылся. То-то он никогда не чихал даже, когда по всему городу бродила очередная болячка, и все вокруг с ног валились. Правда, он бы с радостью обменял свой магический дар… нет. Даром это сложно было назвать… Свое магическое проклятие на то, чтобы заболевать и лечиться как нормальный человек.
Но после всплыла другая проблема. Еда. Тот старик, которого прикончила Фешта, судя по всему, пробыл на лодке не меньше двух месяцев и успел в одиночку истребить две трети всех их припасов.
Тайлор мог сколько угодно проклинать себя за опрометчивость. Он же хотел поставить охрану! Нанять солдат для слежки за кораблем. Но нет. Подумал, что это будет слишком подозрительно. И, честно сказать, решил сэкономить — денег у него оставалось не так много. Сэкономил!
