Не в пример плотоядным, опасность остаться без пропитания не угрожает на каждом шагу растительноядным и всеядным существам, которые с легкостью меняют рацион в зависимости от того, какая пища находится в данный момент в избытке. Я имею в виду, в частности, многочисленные виды обезьян, таких, скажем, как мартышки, макаки и павианы. Все они охотно поедают плоды, свежие побеги, насекомых, яйца птиц и всевозможную мелкую живность, которую удается поймать четвероруким во время их скитаний по просторам девственного тропического леса или саванны. Коль скоро пищи всегда более чем достаточно, величина группировок у названных обезьян, как и у многих других наших родичей из числа приматов, не ограничена столь жестким верхним пределом, как у хищных млекопитающих.
Семья макаков либо павианов может разрастаться почти беспрепятственно, принимая в то же время немалое число пришельцев со стороны. В результате компактная ячейка, состоящая первоначально из двух-трех родственных друг другу самок и из опекающего их взрослого самца, превращается со временем в большую шумную стаю численностью в несколько десятков особей разного пола и возраста. Зоолог не будет слишком удивлен, встретив в джунглях Индии стадо макаков-резусов, объединяющее в своем составе 80, а то и 150 особей. А павианы-бабуины, скитающийся в поисках пропитания по африканской саванне, держатся порой внушительными ордами до 200 и более животных (рис. 11.4).
Казалось бы, чем многочисленнее группировка животных, объединенных узами родства и давнего знакомства, тем больше оснований расценивать ее как сплоченный коллектив, отвечающий нашим интуитивным представлениям о социальном организме в полном смысле слова. Мы вольно или невольно ожидаем строгой упорядоченности взаимоотношений, которая должна надежно обеспечивать размеренный и предсказуемый ход событии. Предполагается, что все члены объединения хорошо знают друг друга, обладают определенными правами и делят между собой необходимые обязанности, что позволяет им избежать постоянных разногласий в выполнении той деятельности, которая осуществляется во благо каждого в отдельности и всех вместе взятых. Разумеется, этот идеальный образ истинного социума далеко не всегда осуществим даже в коллективе людей. Но то, что мы обнаруживаем в крупных стадах обезьян, зачастую и вовсе не укладывается в наши привычные представления о порядке и о рациональной организации коллективной жизни.
Вот что пишет, в частности, американский натуралист Р. Сапоаски о той обстановке вражды и неуверенности в завтрашнем дне, которая господствует в стадах павиана-анубиса, насчитывающих обычно от 30 до 80 обезьян разного пола и возраста: «…в обществе павианов-анубисов царят вражда и раздор. Союзы непредсказуемо перетасовываются, социальная опасность варьирует от угрозы сутками подвергаться „измывательствам“ до внезапных актов насилия, и животное, стремящееся избежать шума и суматохи, все равно может попасть в переделку».
Стадо желтых павианов, или бабуинов, расположившееся на дневной отдых среди разбросанных там и тут невысоких акаций травянистой саванны, — это своего рода карикатура на случайное сборище людей, в котором мужчины и женщины представлены примерно в равном числе. Вообразите себе полтора-два десятка устрашающего вида самцов с мощными челюстями и клыками не слабее волчьих, свободно разгуливающих между вспыльчивыми самками, готовыми при каждом удобном случае дать жестокий отпор друг другу. Пока самец не испытывает чувства голода и не опасается внезапного нападения на стадо льва или леопарда, единственная его забота — не пропустить того момента, когда та или иная из самок придет в состояние половой охоты, чтобы сразу же стать ее временным «опекуном» и в нужный момент без промедления сорвать плод любви.
Все это требует немалого мужества и энергии, поскольку мысли всех прочих присутствующих в стаде рыцарей заняты тем же самым. Самцы, пропустившие подходящее время, зачастую даже кооперируются попарно, чтобы отбить находящуюся в течке самку у ее преуспевшего поклонника. Разумеется, возможностью завоевать и на время удержать при себе подругу располагают далеко не все самцы стада. Это по плечу лишь индивидам с высоким социальным статусом, которого самец месяцами добивается в постоянных конфликтах со своими потенциальными соперниками. Особой благосклонностью со стороны представительниц прекрасного пола пользуется находящийся в расцвете сил кавалер, лишь недавно внедрившийся в стадо в роли иммигранта. Со временем его привлекательность для самок уменьшается, и по прошествии двух-трех лет боец вновь готов отправиться на поиски более перспективной компании.
