Повернувшись, Турифей увидел знакомое лицо, которое впрочем не было таким уж знакомым, так как поросло густой черной бородой. Но все равно северянин узнал старого знакомого, узнал его по блеску кошачьих глаз.
— Ягр! — закричал старый Волшебник.
— Турифей, — сухо отозвался бородатый гонг. — Что тебе здесь нужно, старый маг?
Турифей ничуть не смутился таким приветствием.
— Узнаю гонга, — шепнул он мальчику.
А гонг в это время стоял все также вдалеке со стороны густого леса и усиленно щурился. Теперь и большие глаза превратились в щелочки, огромные здоровенные ручищи нетерпеливо упирались в бока.
Творюн заметил, каким сильным и высоким был этот гонг. Раза в полтора больше его отца, а ведь гонги не такие уж отличные от северян.
— Разве ты не хочешь впустить нас в дом? — ухмыльнулся Турифей. — Я рассчитывал…
— Не ведаю, на что ты там рассчитывал, а в эту избу я еще никого не впускал! И вообще, зачем ты заявился сюда, ежели знаешь, что я пять лет назад стал отшельником?
— Слишком много вопросов, гонг! И хватит препираться со мной. Ты кое-чем мне обязан или уже не помнишь?
— Ты мне тоже!
— Не отрицаю. — Старик развел руки в стороны, подтверждая свои слова. — Так ты пустишь нас в хату, мы ведь с дороги, устали, хотим пить и есть?
— Нет! — отрезал Ягр. — Уходи, старик. Я не могу…
— Забываешься, гонг! Я старше тебя в два раза, а то и поболее, а ты осмеливаешься грубить мне! У тебя в прошлом многое связано со мной.
Ягр опустил голову.
— Вот именно, в прошлом, — тихо произнес он. — Уходи.
Сделав несколько шагов назад, гонг внезапно исчез в глуши темного леса.
Турифей покачал головой. Он повернулся лицом к дому.
— Разговаривать с тобой мы будем только в твоей избушке! — проговорил он грозно. — Похоже, что по хорошему ты никак не хочешь понимать! Как говориться, раз моя хата с краю — ничего не знаю и знать не желаю!
Старый маг присел на корточки, вознес длани к небу, закрыл глаза. А потом вдруг взмыл вверх, словно был вовсе не человеком, а самой настоящей рысью. Он резко выбросил обе руки вперед, при этом выкрикнув какое-то слово…
— Ух ты… — У мальчика в недоумении открылся рот.
Массивная дубовая дверь слетела с петель и с грохотом рухнула на пол.
Старик передернул плечами.
— Будет знать. — Он фальшиво улыбнулся, слишком каверзный поступок совершил сейчас, поэтому отпечаток грусти на его губах очень трудно было назвать улыбкой. — Старых друзей не забывают, особенно таких, с которыми в прошлом связано очень многое! Пойдем скорее в дом, а этот упрямый нечестивец прибежит следом, будь уверен.
— Хороший у вас друг, Турифей, — сказал Творюн. — Даже в дом не пускает.
— Да нет, — возразил Волшебник. — Такое с ним частенько бывает, но на самом деле он ужасно рад меня видеть, просто разволновался малость.
Творюн поморщился, посмотрел на наставника с сомнением, но тот уверенно кивнул, после чего недоверия мальчика развеялись.
Старик оказался прав, «упрямый нечестивец» действительно прибежал, вот только не следом, а спустя некоторое время.
На удивление Творюна, гонг-здоровяк не только не выказал почти никакого очевидного желания рассердиться, но, напротив, обнял Турифея, а после крепко пожал ему руку. Потом они сели за стол.
— У тебя есть эль, Ягр? — поинтересовался старый маг.
— Нет, — коротко ответил гонг. А потом добавил: — Я отшельник, забыл?
— Разве отшельникам запрещен эль? — хмыкнул Турифей с усмешкой. — Странно.
— Хватит играть в кошки-мышки, Турифей! — сказал Ягр громко. — Я отшельник по своей воле, и ты это знаешь лучше, чем кто либо другой! Зачем пришел ты и уж тем более, зачем ты привел сюда этого сорванца? Кстати не думай, что я вернулся из-за того, что ты сломал мою дверь! Причиной моего возвращения стало совсем другое.
— Врешь. Неужто и вправду не хочешь меня видеть?
— Правда. Я не хочу видеть не только тебя, я не хочу видеть никого.
— Пять лет его совсем не изменили, — обратился старец к Творюну. — Он таким был и раньше. А вообще он веселый.
— Врет, — опроверг отшельник. — Я веселым никогда не был. Пьяным бывал, но веселым — никогда!
— Был. Я все очень хорошо помню. Вот осторожным ты тоже был всегда, хотя даже тогда со старыми друзьями так не обращался.
Ягр нахмурился еще пуще, отвернулся. Подошел к двери, со злостью плюнул за порог. Глаза прятал, они то горели гневом, то в них проявлялось еще что-то, чего гонг показывать-то как раз и не хотел.
— Так ты говоришь, что вернулся домой не из-за того, что я выбил твою дверь, причина в чем-то другом?
— Да, в другом.
— И в чем же?
Гонг повернулся, резко указал пальцем на Творюна.
— Вот в нем.
Турифей насупился, Творюн чуть дрогнул.
Отшельник вздохнул, покачал головой, двинулся к центру комнаты. Он выдвинул из-под стола стулья, знаком пригласил гостей садиться.
— Так о чем ты? — настоял Турифей.
