Эбигайль взглядом проводила троих вождей облаченных в торжественные одежды в сопровождении Равнинных Волков, и пошла к своему типи. Сколько продлятся переговоры, никто не знал. Это зависело от того, как примет вождей новоявленный полковник. Если он поговорит с вождями резко и открыто выкажет свое недовольство, то стоянка снимется с места за несколько минут. Если им покажут свое расположение, то возможно вожди приеду в лагерь с гостями, и тогда следует позаботиться об угощении. Но сейчас она хотела взять большой кусок мыла и, отловив носящегося с детворой Иньяна, отправиться к небольшому, но глубокому ручью, чтобы постирать одежду и искупать детей. Легкое Перо тут же начала собирать рубашку сына и детские вещи, увязывая все это в большой узел. Повязав за спину спящую Эйлен, Легкое Перо отправилась к ручью, сказав, что будет ждать ее там с этим маленьким жеребенком Иньяном, за которым уже не успевают ее старые ноги. Белая отнесла узел к ручью, и вернулась к палаткам, зовя Иньяна, но на ее зов откликнулся не Иньян, а Осенний Лист. Держа на руках сына, она сказала, что Иньян убежал с ребятами к орешнику, и скорей всего, они будут выслеживать лисенка, так как еще утром Пронырливый Барсук обнаружил там лисью нору, а в ней целый выводок щенят. Подруги поболтали, и Осенний Лист тоже засобиралась к ручью, попросив Белую подождать, пока она не соберет одежду, которую собирается выстирать. Что ж, пока Осенний Лист занималась своими вещами, Белая пошла к орешнику и остановилась, заметив вдали пыль поднятую копытами мчащихся коней. Странно... Это явно были не вожди, всадников было намного больше, если только они не возвращаются с солдатами. Но неужели переговоры прошли настолько быстро, и почему несутся во весь опор? Тревога Эбигайль возрастала. Из типи стали выходить мужчины, они тоже заметили спешащий к лагерю отряд. Уже можно было различить синие мундиры и желтые шейные повязки. Видимо странность этого не давала покоя не только Эби. Солдаты были уже настолько близко, что она ясно видела - среди них не было трех вождей.
Навстречу мчащемуся отряду вышло несколько старейшин, чтобы узнать в чем дело, их, не останавливаясь и не сдерживая коней, лихо порубили на полном скаку. Эби задохнулась от ужаса. Развернувшись, она побежала к своей палатке с бешено бьющимся сердцем. Кровь стучала у нее в ушах. Эйлен... Иньян... защитить... От дальних крайних палаток послышались беспорядочные выстрелы. Кто-то уже давал отпор ворвавшимся в лагерь солдатам Южанина. Влетев в типи, Эбигайль схватила висящий на столбе пистолет, и выскочила из палатки. Она должна была найти Иньяна и бежать к ручью, чтобы защитить дочь, мать и подругу. В лагере царила неразбериха. В завесе поднятой пыли носились всадники, метались и кричали люди, ржали кони, слышались выстрелы, визги, стоны, ругань, крики и плач. Она бросилась к орешнику, не боясь выстрелов, видя, что солдаты больше рубили на скаку, чем стреляли, и нырнула в заросли. Иньян в полном одиночестве сидел под деревом и ревел от страха.
- Ты молодец, молодец... - прошептала Белая, подхватывая его на руки. - Ты ждал меня здесь... ты молодец...
Теперь нужно было пробраться к ручью, отсиживаться в этом месте она не могла. У ручья оставались дочка, мать и подруга и она не знала, какая участь их постигла, а это было хуже смерти. Она выскочила из кустов и помчалась в сторону ручья, прижимая Иньяна к себе. Перед ней вырос всадник в расстегнутом синем мундире, с безумно выпученными глазами, его борода и шейный платок были в крови, всклокоченные волосы рыжие от пыли. Увидев Эби, он оскалился и, подняв саблю, ринулся на нее. "Потеха, потеха!" - возбужденно выкрикивал он, готовясь рубануть по женщине с ребенком на руках. К нему что-то метнулось и повисло на руке, сдергивая с седла. Всадник покачнулся и стал заваливаться на бок, его конь рванул в сторону и солдат грохнулся оземь, звякнула о камни его сабля. Над ним послышался победный клич сиу, и сидящий на нем индеец, замахнулся томагавком. Одновременно с этим раздался выстрел, и индейца отбросило назад. Эби узнала в нем Пронырливого Барсука. Это привело ее в чувство и она, не целясь, выстрелила в поднимающегося солдата. Ее мозг работал четко, эмоций не было, она действовала машинально. Схватив ружье убитого солдата, и, подхватив Иньяна, она снова побежала, но уже не так быстро, мешало ружье.
