В последний раз противостояние Бели и Брана возникает в "Morte D'Arthur" Томаса Мэлори, когда братья Балин и Балан по ошибке убивают друг друга. Однако, как указывает Чарльз Сквайр в "Кельтских мифах и легендах", Бран появляется в том же путаном сказании и под другими масками. Как король Брангорис (Бран из Гувера) он ведет войско в пять тысяч человек против Артура и как сэр Брандель, или Бран дилес (Бран из Гвалеса) храбро бьется на его стороне. Как король Бан Бенвикский (Бенвик - квадратное место, называемое Кайр Педраван в поэме "Preiddeu Annwm", о которой мы будем говорить в шестой главе) он - чужеземный союзник Артура, как Лодегранс (по-валлийски Огир Вран) - тесть Артура, а как Утер Бен[8] (волшебная голова) он - отец Артура (вспомним историю о поющей голове, похороненной на холме Тауэр). Нормандско-французские труверы и Мэлори, собравший их сказания о короле Артуре, не знали исторического и религиозного значения мифов, с которыми они имели дело, и не интересовались им, считая себя вправе все менять в угоду новому завету рыцарства, вынесенному из Прованса. Они корежили старые сюжеты с такой легкостью, о какой валлийские менестрели и помыслить не могли.
Современные авторы романов и рассказов, привыкшие давать полную свободу своему воображению, мешают тем, кто изучает мифологию, понять, что в Северо-Западной Европе, где не привился постклассический греческий роман, писатели не выдумывали ни сюжетов, ни персонажей, но рассказывали и пересказывали старинные легенды, призывая воображение только в том случае, когда что-нибудь забывали. Аудитория ожидала знакомых историй в привычном виде, если только по религиозным или социальным соображениям не требовалось изменить сюжет или модернизировать ту или иную сцену. Почти все легенды представляли собой облеченные в занимательную форму пояснения к некоему обряду или религиозной теории - учебное пособие, похожее на иудейское Священное Писание и имеющее с ним много общего.
[1] Грейвс в данном случае не совсем обоснованно объединяет потомков Химафея (Hamathite) с выходцами из города Емаф (Hamath) - емафянами.
[2] Грейвс пользуется перечнем из Библии короля Иакова. В православной Библии птицы несколько другие.
[3] Напомню, что у Грейвса здесь - существо мужского рода.
[4] Латен- культура второго периода железного века в Европе, существовавшая с середины V века до н.э. Свое название получила от названия места на восточном берегу оз. Невшатель (Швейцария), где было найдено множество предметов и орудий этого времени.
[5] Атрибаты - племя, по-видимому, родственное галлам, поскольку галльское племя с таким же названием упоминает Цезарь.
[6] Биллинсгейт - рыбный рынок в Лондоне, существующий уже более тысячи лет.
[7] "Сыны Велиала" - "the Sons of Belial" в Библии короля Иакова упоминаются несколько раз, в частности в Книге Судей (19:22). В православной Библии сказано просто "люди развратные".
[8] Здесь Грейвс неточен. Отца Артура у Мэлори звали Утер Пендрагон. Титул Пендрагон действительно связан с валлийским реп (голова), однако большинство исследователей (в том числе А. Д. Михайлов и Б. И. Пуришев, подготовившие издание "Смерти Артура" на русском языке (М.: Наука, 1974)), переводят его как "главный дракон", т.е. "вождь нескольких племен".
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ Белая Богиня
Поскольку мое рассуждение о близкой связи древних религий бриттов, греков и иудеев вряд ли будет воспринято с сочувствием, я сразу хочу заявить, что не являюсь ни английским израилитом, ни кем бы то ни было в этом роде. Моя точка зрения такова. В разные периоды второго тысячелетия до нашей эры торговые племена, которых в Египте называли "людьми моря", были изгнаны с Эгейского побережья пришельцами с северо-востока и юго-востока, и одни направились на север по уже проложенным торговым путям, таким образом достигая Британии и Ирландии, а другие - на запад, тоже по торговым путям, через Северную Африку и Испанию - в Ирландию. Но были и те, что населили Сирию и Ханаан, среди них - филистимляне, отобравшие святыню Хеврона в южной Иудее у идумеян дома Халева. Однако двумястами годами позже халевиты (люди-псы), союзники израильского племени Иуды, вернули ее, позаимствовав кое-что из религии филистимлян. Постепенно эти заимствования гармонически улеглись в Пятикнижии вместе с семитскими, индоевропейскими мифами, которые составили религию всех израилитов. Таким образом, связь между ранними мифологиями евреев, греков и кельтов возникла благодаря эгейцам, которых они завоевали и поглотили. И это имеет отнюдь не только исторический интерес, потому что вера современных католиков есть вера, основанная, несмотря на мужскую Троицу и мужчин священников, на эгейской религиозной традиции "мать-сын", к которой католицизм понемногу и возвращается, а не на арамейской или индоевропейской традиции "бога-воина".
