В этот день Семь Королевств лишились не только десницы и важнейшего советника Железного трона, но и возвышенная благородная Долина осталась сиротой. Уже вскоре суета и новые интриги наполнят коридоры Красного замка. Хотя ещё совсем недавно казалось, что болезнь Старого Сокола лишь явление временное и не должно вызвать столь суровых последствий. В этой реальности Джон Аррен отошёл в мир иной на год раньше, в основном из-за того, что и определённые подозрения его насчёт королевских детей появились куда как раньше намеченного срока. Проведённое расследование было замечено, а способ избавления остался неизменным. То был первый раскат грома в мрачном небе Вестероса. Тучи сгущались, но после грозы и бури, всегда следует приятный тёплый луч солнца, который накроет многострадальную землю с головой.
***
Церемония в честь усопшего лорда Долины подошла к концу. В великом храме и его предместьях скопилось весомое количество народа. Всё-таки пусть короля и не очень любили, но вот его десницу уважили, как набожного лорда и чуткого к проблемам простого народа человека. Да и сам верховный септон во многом мог поддерживать своё спокойствие на собрании Малого совета лишь за счёт присутствие Старого Сокола, который во многом прислушивался к мыслям и словам главы церкви Семерых, что была оплотом и сердцем далёкой Долины.
Тело уже бывшего десницы короля было подготовлено молчаливыми сёстрами, уже следующим днём оно отправиться долгой дорогой в свой родной край, где благородные лорды скалистых берегов и холмов окажут тому все причитающие ему почести. Вмести с ним также из Королевской гавани собиралась отбыть и Лиза Аррен, в девичестве Талли, со своим малолетним отпрыском и единственным полноценным наследником благородного рода, по крайней мере официально. В качестве сопровождения она выбрала исключительно верных рыцарей Долины. В основном её скорый отъезд списывали на траур по почившему супругу, а также нервозность, что всегда сопровождала эту женщину.
Король не находил себе места, но всё же уже выбрал на место нового десницы своего старого друга с далёкого Севера. Подготовка к отправке всей семьи в холодный и обширный практически безжизненный край проводилась полным ходом, несмотря на сопротивления и протесты со стороны королевы, которые почитала северян и их королевство не более, чем варварами и захолустьем. Однако Роберт Баратеон был в своём желании непреклонен. Без Джона Аррена в столице практически не осталось человека способного в открытую возразить решению короля на Железном троне, а потому, на какое-то время, у того будут полностью развязаны руки. Элдон Эстермонт пусть и был дядей короля по материнской линии, но никогда не был с тем особого близок, в основном из-за их неравного положения вассала и сюзерена. Глава церкви же напротив быстро почуял куда дует ветер и не собирался мутить воду раньше времени, хотя тому и было что возразить по поводу язычника в качестве первого советника.
Сейчас верховный септон торопился возвратиться в свой кабинет для весьма важного дела. Требовалось немедленно отправить письмо с экстренными новостями человеку, личность которого в основном вызывала при дворе резкую ярость и тихую ненависть. Сопровождали его неизменные рыцари из ордена Сынов Воина в крепких доспехах и радужных плащах. Данные представители священной организации уже давно заполонили просторные улицы Королевской гавани, блюдя порядок не в пример лучше, чем восстановленные Золотые плащи, что после своего нового набора не только стали более коррумпированы и пассивны, но и властью обладали гораздо меньшей нежели рыцари церкви.
Однако на пути иерарха неожиданно встал человека, которого верховный септон во многом презирал и несколько опасался. В основном из-за специфики деятельности иностранца, а также из-за собственных многочисленных секретов, которые тот мог разнюхать. Евнух Варис глубоко поклонился перед жрецом, выражая таким образом почтение к духовному наставнику церкви Семерых и всё же септону слабо верилось, что эссосиец мог испытывать перед ним хоть какой-то пиетет. То был всего лишь стандартный ритуал для человека, который продвинулся на социальном лифте довольно высоко, но при этом не имел официального статуса в глазах общества.
- Приветствую вас, господин. Как и всегда ваша проповедь заставила многих открыть своё сердце и душу перед ликами божества. – проявляя искреннюю вежливость, поприветствовал жреца евнух. Рыцари мгновенно выступили вперёд, хватаясь за мечи. Они прекрасно осознавали кто сейчас стоял перед ними, но их кодекс в любом случае ясно трактовал обязанность проявить намерение перед любым, кто мог быть потенциально опасен главе церкви.
