Парень уже не сможет рассказать о том, что подобное же происходило практически на всех участках Стены, однако пролом в которой существовал только один, у Чёрного замка. Пролом, что стал вратами для бесчисленной немертвой роды растекающейся по окрестностям Брандового Дара, ведомые некоей высшей, в отличие от человека, волей. Не сможет он рассказать и о том, как воды вокруг Восточного Дозора-у-Моря покрылись льдом, а сам замок был снесён покрытыми некрозом щупальцами многосотлетнего левиафана. Не поведает историю, как через Мост Черепов и Сумеречную Башню прошёл ни один табун шерстистых мамонтов с горящими мёртвым светом глазами, ведомый своими погонщиками в виде громадных немёртвых великанов.
С окончанием конфликтов меж живущими на континенте великий Ночной Дозор пал, не сумев оказать достойного сопротивления. Пал за одну ночь, а впрочем, и того меньше, если брать в расчёт лишь точные часы. Словно исконный пастырь извечного хлада выждал момент и дал людям возможность объединится и собраться с силами. А когда же этот момент настал то пустил вход всё, что только можно, оценив противника по достоинству. Противника, которого ему избрали сами боги. Чуждые ему, но с которыми стоит считаться.
И пастырь считался. До этого момента. Когда сил для начала последней битвы за рассвет стало предостаточно. В конце концов даже у подобных ему есть свои приличия и слабый противник это всё равно, что ребёнок, у которого стыдно отнять конфету. Теперь же ребёнок вырос и оброс, а потому нет ничего зазорного в том, чтобы превратить его в хладную скульптуру. Ещё одно умертвие в новой и последней для мира людского эпохе.
В некогда великую крепость дома Талли, ныне принадлежащую бывшим наёмникам называющих себя потомками дома Маддов, со всех близлежащих концов и уголков Единого королевства андалов стекались знатные лорды, рыцари и представители духовенства. Многие из них были либо совсем молодыми, либо уже дряхлыми стариками, ибо отгремевшие на континенте войны оставили глубокие раны на теле правящего класса Вестероса. В любом случае все они прибыли к стенам речного замка ведомые зовом верховного короля. Победоносного властителя, что уже встал в один ряд с историческими легендами западного континента.
Эдмунд Гарденер, избранный Семерыми просторский монарх, заполучил в свои руки власть, которая и не снилась его великим предкам. Она далась ему крайне непростой ценой, однако вопреки всему теперь не осталось никого кто мог бы её оспорить. Государь и владыка Дубового трона стал не просто фигурой, а тем, кто эти фигуры создавал и назначал, тем кто стал выше всех игроков на обширном поле к сему моменту практически очищенном ото всех и вся, кроме него самого. Спроси у кого-нибудь несколько лет назад о подобном исходе, и никто бы не поставил на скрывающегося в Королевском лесу претендента.
А что же сейчас? Его воля и слово закон непреложный, при том абсолютно. Многие явившееся на зов короля в Риверран ожидали закрепления образованного положения. Возможно, Великого совета или же повторной коронации, а может быть передел всех устоявшихся устоев и земель. Кто бы мог знать о таком? И всё же ничего конкретного известно господам мирским и духовным не было. Только приказ явиться к сроку и ничего более.
Штандарты Белой Длани соседствами с неприметным злато-бурым знаменем Маддов, которое осталось практически незаметно в силу своей практической неизвестности. Местом же собрания всех призванных гостей служил вовсе не замок с его чертогом или же обширный зал для пиров. Нет, этих мест совершенно не хватало для такого обилия людей и воинов, набившихся в замок. Многим прибывшим раньше положенного срока попросту не хватало комнат, отчего приходилось разбивать лагерь за крепостными стенами, уступая своё место более важным и знатным особам. Именно по этой причине местом проведения собрания оказался внутренний двор крепости, что приобрёл форму наспех сооружённого амфитеатра, с множеством зрительских мест, расположенных по кругу, а также площадкой для выступлений в самом центре.
Конечно же не все обитатели ныне объединённого королевства могли позволить себе добраться к месту проведения собрания в положенный срок. Но даже и тех, кто прибыл, уже с лихвой хватало, чтобы заполнить собой всё пространство. Просторцы, штормовики, западники, долинники, речники и уроженцы Восточных королевских марок все они ранее были либо союзниками, либо врагами, а сейчас выступали под общим стягом и наименованием в качестве андалов. Ещё не скоро примут они эту давно забытую идентичность, но процесс был начат и было лишь вопросом времени и нескольких поколений, чтобы раз и навсегда положить конец разобщённости этих народов.
