— Дождь закончился, — прозвучал мелодичный голос Лейзы. — Люди поели. Лошади отдохнули. Можно ехать.
— Вы приняли решение, ваша светлость? — спросил Айвиль, продолжая елозить ногтем по выскобленной доске.
Рэн вздохнул:
— Поставьте себя на моё место. Я не могу перешагнуть порог незнакомого дома с мечом в руке. Я не знаю, кто в нём живёт. Не знаю, как меня примут. Возможно, в этом доме обитают мирные люди, и им не понравится, что я привёл с собой наёмных убийц. Но если меня примут враждебно — я обращусь к вам.
Айвиль вскинул голову:
— Предлагая вам помощь, я рискую так же, как вы. Нет! Я рискую больше. Даже победив, вы можете решить, что хозяин убийц не достоин вашего общества, и не сдержите обещания. В случае же поражения вы развернётесь и уедете в свою Дизарну, а мне бежать некуда.
— Я всё сказал.
— Я понял, — кивнул Айвиль. — Я заплачу за своих людей. Не хочу быть в долгу перед вами.
— Как вам будет угодно.
Рэн хотел встать из-за стола, но мать сжала его руку:
— С ним ты подчинишь себе Мэрита и Лагмера. Без него твоя борьба с ними растянется на годы.
— Вы сильно ошибаетесь, если считаете, что вашими главными соперниками являются Холаф Мэрит и Лой Лагмер, — проговорил Айвиль.
— Кто же ещё? Знатное Собрание?.. Серьёзно? — Рэн рассмеялся. — Любому стаду нужен пастух.
— Это стадо топчет страну двадцать лет. В нём, как и в любом стаде, есть вожак. Он не может назвать себя королём, потому что стадо взбунтуется, но он живёт в Фамальском замке, спит в королевской опочивальне и принимает посланников в тронном зале.
Стиснув зубы, Рэн откинулся на спинку стула.
— Я не буду выдавать чужие секреты, — продолжил Айвиль, — но подумайте сами. Вы могли взойти на трон двадцать лет назад, когда король Осул в своём завещании назвал вас преемником короны. Но вы не стали королём. И никто другой не стал. — Лорд посмотрел на Лейзу. — Вы помните причину, по которой было сформировано Знатное Собрание?
Она нервным жестом пригладила на виске волосы:
— Да. Помочь вдовствующей королеве управлять страной, пока все претенденты на престол не достигнут совершеннолетия.
Айвиль хищно оскалился:
— Лагмеру и Мэриту почти тридцать. Вам двадцать четыре. Почему никто из вас до сих пор не надел корону?
Рэн велел хранителю мошны рассчитаться с хозяином и вышел из харчевни.
Под стылым небом два отряда добрались до развилки. Кутаясь в меховой плащ, Лейза смотрела на холмы и перелески, тонущие в ранних сумерках. Лорд Айвиль отдавал последние распоряжения Выродку, в чьи обязанности входила охрана матери герцога.
— Как его зовут? — спросила Лейза.
— Вам не придётся его звать. Он не слуга, чтобы исполнять мелкие обязанности. Единственное, что от вас требуется, это не замечать его.
Рэн указал влево:
— Эта дорога ведёт в Фамаль?
— Да, ваша светлость, — ответил Айвиль и движением тела направил коня к Рэну.
— А эта? — спросил он, указывая вправо.
— Эта дорога проходит через поле Живых Мертвецов и ведёт к Ночному замку, ваша светлость.
Рэн жестом попросил Айвиля подъехать ещё ближе и проговорил тихо:
— Девиз вашего дома: «Тайны уходят в могилу».
— Если меня кто-то спросит, я скажу, что мы встретились случайно.
— Прочтите мой девиз, — велел Рэн и направил взгляд на флаг.
— Верность и честь.
— Громче!
— Верность и честь! — выкрикнул Айвиль.
— Теперь пусть это скажут ваши Выродки.
Лорд вскинул руку.
— Во славу Стаи! — громыхнули три сотни голосов.
Над рощей взмыли птицы. Дружной стаей сделали круг над холмами и скрылись из вида.
— Если вы меня предадите, я не умру, пока не отомщу вам, — произнёс Рэн и послал коня рысью в сторону поля Живых Мертвецов.
Всадники было двинулись за ним, но Айвиль остановил их и обратился к рыцарям:
— Вы в Шамидане впервые и не знаете наших правил. Правило первое: военные отряды передвигаются только по дорогам, проложенным по границам между земельными наделами лордов. Нарушение границы приравнивается к нападению на владельца. Сейчас неприятности нам не нужны. Придерживайте лошадей и следите, чтобы они не топтали обочину.
Ответил скупой улыбкой на улыбку Лейзы и, пришпорив коня, отправился вдогонку за Рэном Хилдом.
Забренчали цепи, затрещали доски. Подъёмный мост одним концом гулко улёгся на противоположный край рва. Заскрипели отворяемые ворота. С натужным скрежетом вверх поползла решётка. Королевская крепость раззявила пасть.
Послышались хлёсткие щелчки плети и цокот копыт. На мост выехала шестёрка лошадей, впряжённых в повозку попарно. В деревянном кузове, на носилках, тряслось тело королевы Эльвы, укрытое тёмно-синим флагом, расшитым золотыми желудями. Символ правящей династии вместе со своей хозяйкой отправился в последний путь. Отныне народу Шамидана дозволено надевать тёмно-синюю одежду. А всё, сшитое из тканей цвета следующей правящей династии, люди запрячут в сундуки.
На гребне насыпи катафалк дожидались члены Знатного Собрания, их рыцари, стражники и королевские гвардейцы. Повозка, сопровождаемая священниками и монахами, прокатила по длинному мосту и выехала на дорогу. Похоронная процессия двинулась в Фамаль.
