Я вскочила с дивана и начала ходить по комнате. Это помогало мне сосредоточиться. Было совершенно ясно, что пока я не нашла ответов, Отступник тоже не узнает их. Но как только я разберусь во всем, эта информация в любой момент станет легкой мишенью для того, кто меня преследует. Что было лучше: пытаться разгадать загадку или сохранить ее в тайне? Вот дилемма! Мне срочно нужно с кем-то посоветоваться, ну, где же ты, Алекс? Я взглянула на часы, они показывали половину одиннадцатого, и значит, Александр скоро приедет. В этот момент звякнул телефон - пришла смс. Открыв письмо, я увидела на экране три слова: 'Извини. Задерживаюсь. Скучаю'.
- Алекс! - вырвалось у меня. - Я так на тебя рассчитывала!
Мне было просто невыносимо дольше оставаться в четырех стенах, сегодня замкнутое пространство убивало меня. Захотелось выйти из дома. Пусть там небезопасно, но и здесь нельзя быть ни в чем уверенной. Я решила немного пройтись по набережной, это точно поможет мне успокоиться. Потом приедет Алекс, и я все ему расскажу. Надеюсь, он что-нибудь придумает.
Через десять минут я уже спускалась по лестнице. Сегодня было почти по-летнему тепло, и в листве весело щебетали воробьи. Да, здесь намного лучше, чем взаперти. Я пошла по двору вдоль дома, чтобы через арку выйти к набережной, но, сделав несколько шагов, остановилась. Там, в глубине двора, в тени нависшей над дорогой ивы стоял уже знакомый мне автомобиль.
- Дэвид? - удивленно пробормотала я. - Как давно он здесь?
Подойдя ближе, я услышала, как заработал двигатель. Со стороны пассажира открылась дверь, и послышался голос Дэвида.
- Садись.
Мне оставалось только подчиниться, и он тут же тронул педаль газа.
- Ты раньше, чем я ожидал, - сказал он, улыбаясь.
Дэвид вырулил на набережную, и мы поехали вдоль Невы.
- Чем ты ожидал?!
- Ну, я же сказал вчера, что буду ждать тебя, - ответил он. - Но, признаюсь, не рассчитывал, что ты захочешь меня увидеть так скоро.
Его глаза смеялись, а я совсем растерялась и начала оправдываться.
- Но я не собиралась тебя искать и даже не знала, что ты здесь.
- Разве я не говорил, что приехал защитить тебя? А разве можно это сделать, если меня не будет рядом?
Да, действительно, в логике ему не откажешь.
- И ты что же, провел всю ночь в моем дворе? - удивленно спросила я.
- Ну, да.
У меня не было слов.
- Спасибо! - после долгой паузы сказала я, - Для меня это так... неожиданно.
Он удивленно на меня посмотрел.
- Ты хочешь сказать, что твой Алекс не сделал бы этого? - он насмешливо приподнял одну бровь.
- Нет..., то есть да..., - я замялась.
Мне не хотелось отвечать на этот провокационный вопрос, но Дэвид, похоже, и не ждал ответа. Ему достаточно было просто моей реакции, ведь он понимал все без слов. Действительно, вряд ли Алекс сделал бы такое, да я и не попросила бы его об этом.
Мы переехали на другой берег.
- В Санкт-Петербурге очень красивые мосты, - заметил он.
- Мы говорим 'Питер', - ответила я. - 'Санкт-Петербург' слишком официально.
- Действительно, 'Питер' мне нравиться больше.
- Дэвид, - сказала я, - а кто был тот мальчик, который преследует меня? У него совсем не детские глаза.
- А он и не ребенок, - ответил Дэвид, - он мой брат.
У меня в полном смысле слова отвисла челюсть.
- Твой брат?!! У тебя что, есть еще и брат?!
- Помнишь, я рассказывал тебе, что в первой своей жизни у меня был брат. Мы родились двойняшками. Как я понял уже потом, не муж моей матери был нашим отцом, а кто-то другой, хотя она никогда не призналась бы в этом. И именно ему мы обязаны своей необычной способностью помнить. Кем он был, мне неизвестно, и я бы многое отдал, чтобы узнать это! Тогда б я понял, зачем вообще продолжаю жить.
Дэвид на минуту замолчал, вспоминая о чем-то своем, но затем продолжил:
- В первый раз я умер рано, мне едва исполнилось двадцать. Только потом, осознав свою склонность к возрождению, я обо всем догадался, но найти брата мне не удалось. Земля огромна, как можно встретить на ней человека, если не знаешь, где он и даже как он выглядит? Лишь триста лет назад нам удалось увидеться. Мы узнали друг друга по глазам, их нельзя спутать ни с чем. Ты наверно заметила, что вечность накладывает на нас свой отпечаток.
- Да, это так... Но он же мальчик.
- А ты думаешь, какого это, вновь рождаться в теле ребенка? Уже в три-четыре года начинаешь осознавать, кто ты есть на самом деле. Хорошо еще, что нам даются эти несколько лет счастливого неведения. Иначе мои новые родители сильно удивились бы, если б я вдруг подмигнул им, едва родившись.
Он с сарказмом усмехнулся.
- Но ведь однажды ты понимаешь, что не ребенок?
