Та закатила глаза и отказывалась с ними разговаривать, пока все не подхватили свое оружие и не направились к посадочным площадкам Быкоглавов. Снаряжение Рена оказалось в его шкафчике (код от которого, разумеется, знала Нора), так что он точно не мог уйти в Изумрудный лес или на тренировочные площадки. В то же время трекер свитка показывал, что его не было в Биконе, так что оставался лишь Вейл.
– Разделимся и прочешем город. Следите за показаниями свитков, – сказала Янг, когда их Быкоглав долетел до Вейла. – Когда установим его приблизительное местонахождение, вновь встретимся и подумаем над тем, как нам его оттуда вытащить.
– Считаешь, что ему может грозить опасность? – спросила Пирра.
– Это весьма вероятно. Рена похитили прямо из Бикона, не подняв при этом тревоги.
– Но кто вообще мог это сделать?
– У меня на примете есть лишь одно существо, достаточно сильное для того, чтобы все это провернуть, и при этом испытывающее непонятную тягу к парням возраста Рена.
– И кто же это? – поинтересовался Жон.
Ответила ему немного покрасневшая Руби:
– Хентакль…
– Именно, – кивнула Янг. – Ладно, идем искать моего партнера. Мне надо убедиться в том, что его невинность вне опасности, иначе Норе с Блейк просто не за что будет сражаться.
– В этом нет абсолютно ничего смешного, Янг, – прорычала Блейк.
– Ага, – согласилась с ней Нора. – Не будет никакого сражения. Победа окажется моей.
Блейк лишь печально вздохнула на это замечание.
***
Картина, представшая перед глазами Романа Торчвика, казалась ему сюрреалистичной. Его хозяйка, госпожа и единственный возможный способ выбраться из Вейла живым, когда Синдер приведет в действие свои планы, сидела на краешке дивана, уставившись себе под ноги и зажав между коленями свои ладони. Ее щупальца лежали на полу, словно это были завядшие виноградные лозы, а волосы оставались белоснежными с тех самых пор, как девушка вернулась обратно в Вейл.
Напротив нее, сложив свои руки на груди и строго глядя на Лаванду, стоял этот ее дядя – Артур Воттс.
– Я очень тобой разочарован, юная леди, – сказал он. – И твоя мать, узнай она об этом, тоже была бы весьма недовольна.
Лаванда еще ниже опустила свою голову, а ее щупальца едва заметно дернулись.
– Я просто не понимаю, о чем ты думала. Я приложил немало усилий для того, чтобы тебе помочь, – и должен сказать, что сделал это потому, что считал тебя самой здравомыслящей из всех твоих сестер. Но я никак не ожидал, что ты… выкинешь что-то подобное.
– Прости меня, дядя… – пробормотала девушка.
– Извинениями тут не поможешь, юная леди.
– Я… я не знала, что мне делать, – сказала Лаванда. – Я запаниковала…
Это был удобный момент для того, чтобы выйти из тени самому Роману… ну, вывалиться, поскольку он все еще пребывал в шоке от абсурдности ее последней фразы.
– Запаниковала?! – воскликнул мужчина. – Да какого хрена? Не так уж и много вещей можно сделать в состоянии аффекта, и похищение Охотника в этот список уж точно не входит! Кому вообще подобное могло прийти в голову? И главное – зачем?!
– Успокойся, Роман, – произнес Воттс.
– Успокоиться? Успокоиться?! Да ты хоть понимаешь, насколько скверная у нас сложилась ситуация? Тут в подвале сидит Охотник. И позволю себе напомнить, что он видел как мое лицо, так и ее форму Гримма! Это очень плохо. Хотя чего уж там – это просто отвратительно, – вздохнув, мужчина вытер капли пота со своего лица. – К слову, почему именно подвал?
– Это все пагубное влияние ее матери и истории знакомства той со своим будущим мужем.
– И что же, она заперла его в подвале и домогалась до него, пока он не согласился на ней жениться? – усмехнулся Роман. Но его улыбка тут же увяла, когда над его шуткой никто не засмеялся. – Погодите. Вы что, серьезно?
Воттс немного смущенно кашлянул.
– Я попал в сумасшедший дом, – пробормотал Роман, опускаясь на диван. – Я зачем-то подписал контракт на участие в ежедневных цирковых представлениях и даже этого не заметил. Я… мне нужно немного передохнуть.
И хуже всего было то, что это все еще оставалось для него куда безопаснее, чем находиться рядом с Синдер.
– Видишь, Лаванда, – произнес Воттс. – Даже в своих подчиненных ты вселяешь лишь отчаяние. И это очень плохо. Далеко не все, что делает твоя мать, сработает и в твоем случае, так что не стоит пытаться бездумно повторять за ней.
– Знаю… Я вовсе не собиралась этого делать, – ответила девушка. – Я всего лишь желала с ним познакомиться и немного поговорить, но ничего не получилось. Я не знала, что можно было ему сказать, а он решил, будто я его ненавижу. И когда он уже собрался уходить, я… я просто сорвалась.
Лаванда опустила голову еще ниже.
– Я знаю, что совершила огромную ошибку. Простите.