– О, правильно. Унести ее в безопасное место. Ты же именно это имел в виду, да?
Хентакль лишь дернул головой, не став ему ничего отвечать. Самка зажала мужчине рот своей рукой и что-то прошептала ему на ухо, а затем они оба покинули комнату через разрушенную стену.
Янг решила даже не пытаться их останавливать. Пусть руки Романа и были сейчас заняты, но он все еще оставался довольно сильным Охотником, способным справиться с любым из них. А может быть, и с двумя сразу. Им сейчас вполне хватало и одного единственного Хентакля, с которым они могли и не совладать даже всей своей командой. Так что девушка просто воспользовалась возможностью перевести дух и немного осмотреться.
Итак, существовало как минимум два Хентакля… то есть два человекообразных Гримма, поскольку Хентаклем они нарекли именно того монстра, что остался вместе с ними в комнате. И те могли как-то общаться между собой, а заодно демонстрировали еще и заботу друг о друге, о невозможности чего говорили все доступные ей знания о Гриммах.
Чувства…
Честно говоря, существование подобных монстров давным-давно должны были обнаружить. Гриммы, способные испытывать различные чувства и, вполне возможно, принимать на их основе довольно взвешенные решения, ничем не отличавшиеся от таковых у людей. И если с ними возможно будет договориться, то ученые согласятся с тем, чтобы им откусили руки, лишь бы позволили задать этим существам кучу вопросов. А Ублек наверняка просто упадет в обморок от счастья.
Но то, что Хентакль был способен испытывать эмоции, несло с собой и весьма заметные минусы. Особенно в их положении, когда единственным значимым чувством монстра оказалась ярость. И это была отнюдь не бездумная агрессия обычных Гриммов, но чистый гнев, порожденный их собственными действиями по отношению к женской особи его вида. Наверное, и сама Янг чувствовала бы сейчас то же самое, если бы кто-нибудь так обошелся с Руби. И это сравнение делало Хентакля гораздо более понятным и человечным для нее, несмотря на все его красные глаза, костяные пластины и вздувшиеся вены.
– Нам вовсе не нужно с ним сражаться, – неожиданно произнес Рен.
– Что ты делаешь? – прошипела Блейк.
– Я думаю, что мы вполне можем с ним договориться, – ответил ей парень. – Они же разумны. Оба.
Рен сделал осторожный шаг в сторону монстра.
– Моя команда пришла сюда, чтобы спасти меня. А ты – чтобы спасти ее. Так позволь нам просто уйти отсюда, – он развел свои руки в стороны. – Нам нет никакого смысла сражаться друг с другом.
Ну, кроме того, что он являлся Гриммом, а они были Охотниками. А еще Хентакль работал вместе с Торчвиком и Белым Клыком и был их врагом задолго до похищения Рена. Янг поспешила воспользоваться моментом, чтобы тихо вызвать подмогу при помощи своего свитка. Разумеется, она совсем не желала втягивать во все это еще и Жона или свою собственную сестру, но умирать ей хотелось и того меньше. Сейчас бы им весьма пригодилась ‘неуязвимая’ Пирра Никос.
***
Стук сердца отдавался в его черепе, а мир выглядел так, будто он смотрел на него сквозь красные линзы. Какой-то голос в голове все время кричал его имя, но пока его вполне можно было просто игнорировать. Его сестра наконец оказалось в безопасности, так что между ним и этими четырьмя людьми теперь не имелось абсолютно никаких преград. А еще в коридоре толпились многочисленные жертвы, так и сочившиеся сладким страхом, паникой и ужасом.
Один из людей что-то сказал. И еще этот человек показался ему каким-то знакомым, но сейчас детали просто ускользали от его внимания, а произнесенные слова никак не хотели складываться в понятные фразы, а потому не несли в себе абсолютно никакого смысла. До его ушей доносилось лишь жужжание и назойливый голос, призывавший его остановиться.
Надо было как-то заставить этот голос замолчать. Да, заткнуть их всех.
– Берегись! – крикнула желтоволосая девушка, отбрасывая этого говоруна в сторону.
Одно из его щупалец ударило именно туда, где тот только что стоял, раскалывая бетон пола. В воздух поднялось облако пыли, но он не обратил на это никакого внимания, ринувшись прямо сквозь него и атакуя черноволосую девушку, от которой отчетливо пахло какими-то сожалениями. Но прежде, чем он сумел ее добить, его отбросила в сторону другая – с оранжевыми волосами – прижимая рукоять своего оружия к его горлу и пытаясь свалить его на пол. Он отшагнул назад, заставив ее удивленно вскрикнуть, а затем толкнул с такой силой, что ее ноги оторвались от пола. Одно из щупалец стегнуло девушку в воздухе, заставив обрушиться вниз и покатиться по бетону с весьма приятным для его слуха криком.
С ними вообще оказалось очень забавно играть. Прикончи он их сразу, и точно не смог бы получить такого удовольствия. Гораздо приятнее было заставлять их кричать и молить о пощаде. Он развернулся, чтобы найти себе очередную жертву, и тут же заметил прыгнувшую к нему желтоволосую.