– Итак, что мы теперь будем делать? Очевидно, что он не позволит нам самостоятельно отправиться в Земли Гриммов, – сказала Нора. – И нам даже нечего ему возразить, поскольку мы просто не можем рассказать ему о том, откуда нам всё это известно. А чтобы не пустить нас на, как он считает, самоубийственную миссию, Кроу наверняка не побоится даже применить к нам силу.
Жон заметил, что Руби сейчас явно пребывала в сомнениях. Лично он считал, что им следовало свернуть в сторону и затеряться в лесах, оторвавшись от любой возможной погони. Но это же был вовсе не его дядя, поэтому и думать, как именно с ним поступать тоже следовало отнюдь не ему.
– Тебе принимать это решение, Руби, – сказал парень. – Ты же у нас лидер.
– Быть лидером, оказывается, просто отстойно. Вот почему Вайсс позволила себя похитить, когда она нам так нужна? – вздохнула девочка. – Ладно, просто двигаемся в том же направлении, что и раньше. Мы все равно собирались добраться до Хейвена, так что всего лишь дойдем до туда вместе с дядей Кроу.
– И что же мы будем делать, когда он захочет нас остановить? – поинтересовался парень, употребив даже не ‘если’, а именно ‘когда’.
– Ну, нам нужно лишь держать твои способности в тайне от него. Разве с этим могут возникнуть какие-либо проблемы? И раз уж ты в состоянии отгонять от нас Гриммов, то путешествие до Хейвена наверняка не займет слишком уж много времени.
– С этим-то как раз все понятно. Но вот что мы будем делать потом, когда он просто запретит нам отправляться на спасение Пирры? – спросил Жон.
– Как-нибудь разберемся с этим, когда столкнемся с подобной проблемой.
– Эй! – окликнул их Кроу, помахав рукой из кустов на окраине поляны. – Вы там вообще идете? У нас еще имеется очень много всяких важных дел.
Руби с Норой двинулись в сторону мужчины, а Жон побрел вслед за ними. Даже один тот факт, что Кроу сумел их отыскать прямо посреди какого-то безымянного леса на совсем другом континенте, уже довольно сильно настораживал. Да и практически полная узурпация власти в их небольшом отряде ему тоже ничуть не нравилась.
Опытный Охотник с легкостью поломал все их планы, выставив их задумки просто глупым желанием отомстить за смерть их подруги. И еще парень отлично видел притороченную к спине Кроу трость. Причем весьма знакомую трость.
– Опять все катится к очередной катастрофе, – пробормотал он.
Еще бы Руби это понимала.
***
Блейк уставилась на чашку в своих руках. Ее взгляд будто бы проникал сквозь нее, древесину стола под ней и дальше – в самые глубины Ремнанта, где девушка наверняка могла бы спокойно сгореть в ядре планеты. И пожалуй, она бы предпочла, чтобы это произошло еще раньше. Задолго до этого момента.
Множество раз и во время своего участия в операциях Белого Клыка, и после того, как Блейк оттуда сбежала, она гадала о том, что будет, если ей все же придется вновь встретиться со своими родителями. По представлениям девушки, они оказались бы очень злы на нее, и наверняка Блейк была бы вынуждена выслушать немало нелестных слов в свой адрес. А после ее побега в Бикон, ее воображаемые мама и папа безжалостно указывали на то, что именно они все это время были правы, а сама девушка заблуждалась и теперь должна была приползти к ним на коленях, чтобы просить прощения. Нет, разумеется, она отлично понимала, что на самом деле всё было совсем не так. Родители ее очень сильно любили. Но еще Блейк прекрасно осознавала тот факт, что вообще очень плохо разбиралась в людях и их мотивах, а также просто отвратительно умела принимать всякие важные решения.
Адам оказался идеальным примером для иллюстрации и того, и другого. Да и Вайсс тоже, поскольку по первоначальным представлениям Блейк та являлась самой что ни на есть злобной сучкой. Может быть, сюда же стоило записать еще и Нору. Впрочем, сейчас это уже не имело абсолютно никакого значения, и девушка отдала бы очень и очень многое за то, чтобы действительно оказаться напротив разгневанных Гиры и Кали, распекавших ее за то, что она напрочь испоганила работу всей их жизни.
Но вместо этого… вместо этого Блейк находилась прямо перед своей мамой, которая с очаровательной улыбкой поглядывала как на сидевших рядом с девушкой фавнов, так и на зажатого между ней и Гирой Рена.
– Ох, Блейк, как же хорошо, что ты наконец решила вернуться домой, – сказала Кали. – И к тому же ты привела с собой весь свой гарем. Это так мило.
Ее… ее гарем?..
О Боги…
– М-мы вовсе не вместе, – прошептала она. Девушке очень хотелось бы вложить в свои слова несколько больше силы и уверенности, но залившее ее лицо краска не позволяла это сделать. – Я не встречаюсь ни с кем из них. И я все еще одна.
Судя по хмыканью Кали, та ей ни капли не поверила. А вот ее отец к этому моменту как раз закончил хмуро смотреть на Рена.
– А что это у тебя на шее? – требовательным тоном спросил у нее Гира.
На шее? Блейк машинально потрогала ее рукой, и ее пальцы тут же наткнулись на что-то металлическое, моментально наполнившее гостиную, в которой они сейчас сидели, довольно мелодичным звоном. Колокольчик.
Ох, она же совсем про него забыла.
