– Не трогай… – Эмме тяжело давались эти слова, – меня… – она была еще на пике злобы, – сейчас… – и могла в любую секунду снова взорваться.
Реджина убрала руки и сделала шаг назад.
– Почему ты злишься на меня? Вчера не меня припер друг в неадекватном состоянии. Это не я напилась от того, что пришлось сказать, что проиграла. Эмма, да, я взяла твой байк, но с ним все хорошо и он стоит на прежнем месте.
– Идиотка! – кинула Свон, – да плевать мне на байк и на спор, – и, покачав головой, увидела свою куртку на диване. Взяв ее она повернулась к Миллс и протянула руку, – ключи.
– Нет. Я не отпущу тебя сейчас. Нам нужно поговорить, или мы так и будем мучить друг друга, – уже начала заводиться Миллс, – Эмма, успокойся, остыть, а я пойду пока в душ.
– Если ты мне сейчас не отдашь ключи, я уйду без них, – грозилась Свон, – отдай. Я не уйду.
Миллс подошла к своей куртке и достала ключи от мотоцикла.
– Держи, – и вложила ключи в протянутую руку Свон.
Свон взяла ключи и убрала их в карман джинс.
– Иди в душ, я буду ждать, – кинула блондинка и села на диван, держась за бок и кладя куртку рядом, она больше не смотрела в глаза Миллс, но успокоилась, если можно это назвать спокойствием.
Миллс посмотрела на Эмму и ничего не говоря, пошла в душ.
Смыв себя усталость бессонной ночи, она вернулась в гостиную.
– Ты есть будешь? – проходя на кухню, спросила брюнетка.
– В участке поем, – сказала Эмма, – ты хотела поговорить. Говори.
– Почему ты хочешь от меня сбежать, уехать, уйти? Я понимаю, что ты злишься, но так же я понимаю, что это очередная причина уйти. Если ты боишься чувств ко мне или хочешь задавить их в себе, так не мучай ты меня. Уходи, я переживу, и трогать тебя не буду, и в участке все будет по-прежнему, – надрывно сказала Реджина. Она стояла и смотрела на сидящую на диване Эмму, и все внутри сжималось, что было больно просто вздохнуть.
Свон со спокойным лицом сидела и слушала Реджину, а в душе понимала, что она права. Свон именно так и поступала, и самой даже становилось противно от себя. Нет. Она даже не думала подавить в себе те чувства, что она испытывает к Миллс это непередаваемо и просто восхитительно. Эмма начала дышать, когда она встретила брюнетку. А вновь уйти в пучину темноты и без воздуха, Свон абсолютно не хотела. Поэтому она резко встала и вплотную подошла к Реджине.
– Я требовательная, резкая, грубая. Во мне уйма недостатков и практически нет достоинств. Я не умею говорить теплых слов, и поступаю с дорогими мне людьми совсем не так, как они заслуживают. Я не люблю, когда мне врут, лукавят, хитрят или не слушают. Но зато я знаю, что люблю. Я люблю красивую, безумно умную и совершенно не заслуживающую такого отношения с моей стороны женщину. Я поняла, что не могу дышать без нее. Не могу ни о чем думать, кроме как о ней. Я просто уже не представляю без нее свою жизнь. И эти совсем новые и невероятные чувства я даже не думала, а уж тем более не хотела ни то, что задавить. Я хочу кричать о них. Хочу целовать и не выпускать из объятий. Хочу шептать «люблю». Но не могу… Я никогда себя не понимала, а сейчас я просто ненавижу себя, за такое с тобой обращение. Но также после всех этих слов, если ты останешься со мной, я уверяю тебя, что моя любовь безгранична и всегда останется во мне. Я люблю тебя, Реджина Миллс, – Эмма все это говорила абсолютно серьезно, и неотрывно смотря в глаза Реджине.
Миллс провела рукой по лицу Эммы, она неотрывно смотрела в любимые серые глаза. Холодные серые глаза, которые полюбила с первого взгляда. С каждым днем в сердце развивались тепло и свет от осознания чувств любви.
– Я хочу быть с тобой. Я хочу целовать тебя и обнимать. Хочу просыпаться и знать, что ты рядом. Я хочу, чтобы ты знала обо мне все и доверяла мне. Потому что единственное, в чем я сейчас уверена – так в том, что я тебе люблю.
Эмма слушала и улыбалась. Их чувства взаимны, а это главное.
– Но ты обещаешь мне слушать, то что я говорю и понимать, что это только ради тебя? – кладя руки на талию Миллс, спросила серьезно Свон, – а то я за себя не ручаюсь.
– Обещаю, – прижимаясь к телу блондинки, говорила Реджина, – только мне еще кое о чем поговорить с тобой нужно.
– Обязательно, – гладила темные волосы своей рукой Эмма, – мы обязательно поговорим обо всем. Расскажем друг другу о прошлом и будем вместе думать о будущем. Но только чуть позже. Сейчас нужно разобраться с делом «Пантеры» и засадить эту чертову Черную Королеву!
– Эмма… я… – начала пытаться что-то сказать Миллс.
– Реджина, потом, – кинула блондинка и глянула на часы, – мне правда нужно в участок.
– Нет, уж дорогая. Джонс сказал, что у тебя постельный режим. И в участке он справится без тебя, – обнимая Эмму и улыбаясь, сказала Миллс, – поэтому быстро в постель.
– Что? Да как он посмел? – наигранно разозлилась Свон, – Миллс, мне плевать, что тебе сказал Джонс. Я абсолютно нормально себя чувствую и постельный режим мне не нужен. Мне нужно работать.
– Детектив Свон, я вам приказываю раздеться и лечь в постель. Сержант Миллс хочет провести время с любимой девушкой, – грозно сказала Миллс.
