«Собака, забежавшая в городскую гимназию «Белая радуга» и устроившая там переполох, до сих пор не обнаружена. По собранным в школе биоматериалам специалисты установили, что пес ранен, но не бешеный, как сообщалось ранее. Конечно, его все равно продолжают искать, раненое животное – потенциальная опасность для…»
– Вот видите, никакого бешенства, – подчеркнула Таня. – Может, я завтра сама домой вернусь? Ежу учиться нужно, а не меня возить.
– Отловят пса, вернешься сама, – сказал отец. – Я буду следить за ситуацией. А пока план прежний. Кусаются они одинаково больно, хоть бешеные, хоть нет.
Девочка вздохнула и поймала лукавый взгляд брата. Он смешно повел бровью, указывая в угол комнаты, где на собачьем матрасике крепко спал виновник переполоха. Пес благоухал шампунем – брат с сестрой ухитрились его вымыть, не побеспокоив наложенную врачом повязку на шее. Пришлось – и это беспокоило не выносившую лжи Таню – соврать родителям, что пес попал под машину у нее на глазах. Вызванный в ветклинику брат версию поддержал. Так что родителям и в голову не пришло, что жуткий пес, разыскиваемый всей городской полицией, и их новый питомец – одно и то же лицо, точнее, морда. Отказать своим детям мама с папой оказались не в силах, и теперь новому члену семьи совместно подбирали имя.
– Я, пожалуй, пойду к себе, почитаю перед сном, – объявила Таня, вставая с дивана, и наклонилась, чтобы поцеловать отца и мать.
Стоило ей направиться в сторону своей комнаты, как пес открыл глаза, оживился, заерзал. Медленно и неловко поднялся на лапы – старался не потревожить шею – и поспешил за девочкой, которую отныне и навсегда признал хозяйкой. Пришлось Тане возвращаться за его ковриком.
Закрыв дверь и устроив пса, она набрала номер смешного мальчишки, вручившего ей это сокровище. Днем он почему-то был недоступен, но сейчас ответил сразу.
– Привет, – сказала Таня. – Все в порядке. Ветеринар сказал, что раны не опасные, обработал шею и сделал перевязку. И еще. Мои родители согласились, чтобы он жил у нас.
– Здорово! – возликовал мальчик. – Ты же ничего в лечебнице не сказала про гимназию?
– Я что, на дуру похожа? Правда, ветеринар сразу понял, что пес побывал в руках живодера, и даже на нас с братом поглядывал сперва подозрительно. Мы сказали, что нашли его в лесу, привязанным к дереву. Слушай, я тебе уже звонила вообще-то…
– Да я это… короче, в больнице был, – с явной неохотой сообщил Маго. – Вообще-то пес меня немного укусил, я просто не стал тебе говорить.
– Это он, наверное, от боли и страха, – ничуть не испугалась Таня. – Он и на ветеринаров рычал.
– Во-от, ты понимаешь! – обрадовался Маго. – А эти все заладили: типа пес опасен, рана опасна. Укол мне всадили, я до вечера продрых. Так твои его точно не выгонят?
– Точно не выгонят. Но я ведь не знала, может, ты себе его хочешь взять. Потом, когда все успокоится.
Голос мальчика заметно погрустнел.
– Я бы хотел. Но никак.
– Родители не разрешают?
– Они бы разрешили, я умею уламывать. Только все равно нельзя. У нас квартира съемная, в договоре написано, что без животных.
– А, ясно, – сказала Таня, прикидывая, чем порадовать этого смелого парнишку. – Но ты можешь приходить к нам, гулять с ним. Можешь даже имя ему придумать, а то у нас пока не выходит. Хочешь?
– А то, – оживился Маго. – Слушай, спасибо тебе, здорово выручила. И еще, слушай…
Он замялся, подбирая слова. Таня подождала и спросила:
– Что?
– Если тебя станут обижать, дразнить, гадости всякие говорить, ты сразу меня набирай, хоть в школе, хоть на улице. Я прибегу и разберусь, больше не полезут. И не смотри, что я младше тебя, – заторопился он, явно волнуясь. – Ты кого хочешь спроси про Маго Угушева, тебе всякий подтвердит, что с ним ссориться себе дороже.
– Значит, ты уже слышал, что про меня говорят? – упавшим голосом спросила Таня.
– Ага, – не стал запираться мальчик. – Только все это брехня. Наверняка все это Дашка из твоего класса подстроила, все знают, на что она способна.
– Спасибо тебе, Маго, – сказала она еще тише, чувствуя, как начинают набухать веки от тяжести подступающих слез. – Увидимся тогда завтра в школе, я расскажу, как пес поживает.
Сначала гимназию надраивали технические работники и взявшиеся помогать им учителя – полицейские все затоптали, зато осмотрели каждый угол по нескольку раз. Потом директор Гайдай собрал учителей у себя в кабинете, чтобы обсудить меры безопасности, то, как успокоить детей и особенно их родителей.
