Даша возмущенно выдохнула. Она так удивилась, что не смогла придумать остроумной реплики в ответ. А Максим Медник, красивый, с красным, пьяным лицом и мечтательными глазами тем временем собрался уходить. У двери он еще раз обернулся и с понимающей улыбкой заметил:
— Да ты так не смущайся, я давно привык, что все бабы от меня без ума…
— Я вовсе не…
— Ладно, понимаю, что ты бы еще со мной посидела, выпила, но я пошел! Если хочешь, заходи вечерком, дам тебе автограф. Но ни на что не надейся, я не завожу отношений с поклонницами.
Дверь захлопнулась. Даша осталась стоять посреди маленькой комнаты с наиглупейшим выражением лица: рот открыт, округлившиеся глаза удивленно изучают входную дверь. Она, конечно, всегда подозревала, что у красавца Максима Медника не все в порядке с головой, но чтобы до такой степени… Может быть, это клюквенная водка так подействовала на сознание будущей звезды Голливуда? Только бы ему не пришло в голову делиться своими мыслями с коллегами. Его же здесь все давно знают, а Даша — новенькая, авторитета у нее нет — разумеется, все поверят не ей, а Максиму. Ее же, Дашу, как обычно, поднимут на смех.
В дверь постучали. «Не буду открывать!» — твердо решила девушка. Скорее всего, это опять Медник, больше некому. Будет еще гоняться за ней вокруг стола, чтобы поставить на ее ягодицах автограф! А что, все уважающие себя суперзвезды расписываются на задницах своих обожательниц — это так называемый модный кич.
— Даша, открой, ты дома? Это Гриша Савин! Она немедленно бросилась отпирать замок.
— Гриша? А я испугалась, думала, что опять пришел этот ненормальный!
— Медник? — ухмыльнулся Савин. — Да, я заметил, что ты ему нравишься.
— Я? — удивилась Даша. — Быть этого не может. Во-первых, он любовник Аллы, а во-вторых, ему нравится только единственный человек — он сам.
— Ну, отчасти ты права, — Гриша уселся на ее кровать, — и все-таки Макс к тебе неравнодушен. Вчера, например, за ужином он поспорил с осветителями, что ему удастся затащить тебя в постель.
— Шутишь?
— Я серьезно. Так что будь бдительна — на кону тысяча рублей!
— Какая гадость! — расстроилась девушка. — Но могу тебе гарантировать, ничего у него не получится!
— Правильно! Негодяя надо проучить… А вообще, я к тебе не за этим пришел. Просто мне в голову пришла замечательная мысль, вот и решил с тобой поделиться!
— Ну! — без особого энтузиазма поддержала его Даша.
— Я считаю, тебе надо стать актрисой! Ты сегодня была так убедительна, когда прыгала в реку!
— С ума сошел? Кто же меня возьмет сниматься в кино?!
— Я все придумал! — Глаза мужчины сияли, как фотовспышки. — Одна работа у тебя, считай, уже есть. Значит, можно занести твои данные в картотеку на «Мосфильме». Только надо сделать фотографии!
— А что, в картотеку на «Мосфильме» могут занести кого попало? Мне всегда казалось, что туда берут только людей с высшим актерским образованием.
— Господи, какая же ты наивная! За это я тебя и люблю. У меня же там связи, я же уже много лет в этой тусовке! Устрою я тебя в картотеку, не волнуйся. Будешь потихонечку сниматься. Сначала — в массовочке, потом — эпизоды. Кто знает, может, когда-нибудь дорастешь и до главной роли!
— Ну… я подумаю, — растерялась Даша.
— И думать здесь нечего! — Гриша явно был настроен решительно. — Прямо сейчас и сфотографируемся. У меня и фотик профессиональный с собой есть.
— Ну… надо тогда хотя бы кровать поаккуратней застелить, а то неудобно в таком бардаке сниматься. — Даше совершенно не хотелось стать актрисой кино. Но стоит ли отказываться от перспективы провести целый час, а то и больше, в обществе Гриши Савина?
— С ума сошла? — возмутился актер. — В такой убогой обстановке собралась фотографироваться?! Пойдем хотя бы в бильярдную. Там приглушенный свет и вполне европейский интерьер. А что у тебя есть с собой из одежды?
— Ну… Джинсы есть, кофты, — замялась девушка и на всякий случай добавила: — Все почти новое.
— Понятно, значит, ничего нет, — констатировал Гриша, — ладно, я так и думал, поэтому позаботился о прикиде заранее. — С этими словами он протянул ей паутинку каких-то черных кружев.
— Что это? — Даша испуганно разглядывала принесенный им наряд. Полупрозрачный пеньюар, какие-то тоненькие тесемочки, легкомысленные бантики… И он хочет, чтобы она все это надела?! К тому же понятно, чей это наряд. Фривольные кружева принадлежат Машке Кравченко. Даша невольно позавидовала красавице актрисе. Она вообще немного завидовала женщинам, которые умеют не выглядеть идиотками в откровенном эротическом белье.
— Да не смущайся ты, как восьмиклассница! — Гриша заметил свекольный румянец, мгновенно проявившийся на ее щеках. — Ты же у нас будущая актриса! А вдруг тебе придется сниматься обнаженной? Ты об этом не подумала?
— Это… это же Машкино нижнее белье? — тихо спросила она.
— Ну… да! Но ты не волнуйся, оно же чистое.
— А если Маша узнает, что я надевала ее шмотки?
— Тогда мне отрежут уши. Или кое-что похуже, — улыбнулся он. — Но она никогда не узнает. Если, конечно, ты сама ей не расскажешь!
