Если честно, с самого начала Даша Громова почему-то очень раздражала Аллу. Она даже хотела отказать ей в работе, но потом передумала — пойдут еще сплетни, что она несправедливо привязалась к девчонке, на которую, по идее, и внимания обращать не должна… Каждый день Алла незаметно рассматривала Дашу — сама не зная почему. «Кого-то она мне напоминает, — думала Алла, — кого-то очень знакомого, только я никак не найму, кого именно… Через неделю пребывания в Гузерипле она могла бы рассказать о жизни Даши Громовой все. Слишком уж не скрывала эта Громова своих эмоций, слишком открытым было ее простоватое лицо. Во-первых, на Дашу, неизвестно почему, обратил внимание Максим Медник. Странно, обычно он предпочитает иметь дело с голубоглазыми и длинноногими. Но в этом ничего страшного нет. Максим сразу объявляет своим новым пассиям правила игры, только полная дура может надеяться завести с ним постоянные отношения. Во-вторых, что-то странное происходит между Дашей и Гришей Савиным. Григорий, прекрасный актер, умный собеседник и компанейский человек. Почему-то с самого начала он не внушал Алле доверия. Ну, вот чем могла его заинтересовать та же Даша Громова? У него ведь такая красивая и неглупая невеста, Маша Кравченко, Даша проигрывает ей по всем статьям. И тем не менее он с радостью идет на контакт. Сам к ней подходит, предлагает ей сфотографироваться, и при этом на его лице цветет такая фальшивая сладкая улыбка… Впрочем, Даша же нс кинорежиссер, ей не заметить человеческой неискренности. Тем более если фальшивит вполне талантливый актер. Впрочем, может, это Алла сама все придумала?
Может, всему виною ее собственные проблемы?
В последнее время она часто общалась с Ярославом Мудрым. Он показал ей местную плотину. Он показал ей типичную южную ротонду, спрятанную в сосновом лесу.
Однажды Ясик спросил:
— Алла, можно я сделаю тебе подарок? — и при этом посмотрел на нее внимательно и серьезно.
— Обожаю подарки, — улыбнулась она, предвкушая букет свежих горных цветов.
— Тогда я дарю тебе Коммода.
— Что?!
— Только не говори, что не помнишь Коммода. Коммод — это моя лошадка.
— Ясик, но… зачем мне твоя лошадка?
Он будто бы удивился:
— Ты что? Это хороший подарок! Коммод породистый, и потом, он добрый!
— И где он будет жить? В моей московской квартире? — усмехнулась она. — Спасибо тебе огромное, я принимаю этот подарок. И каждый день буду Коммода навещать — по крайней мере, пока я здесь. Но пусть он живет у тебя.
— Хорошо, — кивнул он, — Коммод будет напоминать о тебе. Когда ты уедешь.
С каждым днем «сопроводильник» Ясик нравился Алле все больше и больше. Иногда ее даже пугала эта внезапно возникшая привязанность. Она нарочно старалась отыскать в Ярославе какие-то отрицательные черты и искренне радовалась, когда ей это удавалось — он курит дешевые папиросы, у него руки грязные, и мешки под глазами. Она то сама с ним доброжелательно заговаривала, то отталкивала его ледяным молчанием и нарочито грубыми репликами.
И еще — она работала.
Снимали сцену расставания. Статные горные сосны, огромные лысые камни, каскад серебристых водопадов — и посредине этого великолепия герой Максима Медника должен был распрощаться с героиней Машки Кравченко. Сказать несколько точных, эффектных фраз, лихо вскочить на коня и скрыться за горизонтом.
Максим Медник задумчиво читал выбранные из сценария листки. Дойдя до фразы «лихо вскочить на коня», он как-то расстроился и потемнел лицом.
— Ал, а обязательно на коня-то? — с робкой улыбкой осведомился он, уже заранее зная ответ. Алла Белая предпочитала никогда нс отклоняться от заранее утвержденного ею же сценария. Раз написано «лихо вскочить на коня», — значит, будь добр, вскочи, не подведи. — Я вообще-то коней боюсь.
— Да ты на этого коня посмотри! — возразила Aллa.
К имеющемуся в наличии коню нельзя было применить эпитеты «вороной» и «богатырский». Это была унылая, флегматичная лошаденка пегой окраски с разъезжающимися от старости ногами. Сквозь тусклую шкуру несчастного животного ясно просматривались ребра.
— Ну все равно, — Макс не рискнул подойти к индифферентной кобылке, — может, я просто попрощаюсь с ней и быстро убегу'?
— Представь себе, как это будет выглядеть! — Алла рассмеялась. — Нет, надо не быстро убежать и не задумчиво уйти прочь, а именно лихо ускакать на коне. Поехали?
Операторы и осветители послушно заняли свои места. Максим невнятно пробормотал прощальный текст. Впрочем, это не имело большого значения — ведь на этот раз героя снимали почта со спины, чтобы не было заметно заработанного в бутафорской драке фингала.
— Теперь пора по коням! — выкрикнула Алла.
Максим обреченно подошел к лошадке и осторожненько взобрался в седло.
— Ну! Пошла! — немного осмелев, крикнул он.
Кобылка вяло повернула голову и удивленно уставилась на седока. С места она не сдвинулась.
— Ну, Макс! — кричала Алла. — С животными надо обращаться властно, они же чувствуют, кто хозяин! Давай попробуй еще разок!
— Пошла! — сверкая глазами, крикнул Медник. — Пошевеливайся, зар-р-раза!
Лошадка тихонько заржала.
