— Добрый день, Дмитрий Геннадьевич! — почтительно приветствовал его жокей.
Алла чуть не задохнулась от возмущения. Подумать только, Дмитрий Геннадьевич! Да, она сама виновата, что так запустила воспитание сына. Такая глупость — отправить подростка за границу совершенно одного. Но ничего, пусть только Дмитрий Геннадьевич вернется вечером домой, уж мало ему не покажется.
А Митя тем временем зашел в один из ангаров, Алла тенью проскользнула за ним. Хорошо, что сегодня она надела старые джинсы и какой-то свитер, а холеные волосы стянула в хвостик на макушке. Сын привык видеть ее в полном макияже, да в короткой юбке, да в изящных туфельках на высокой шпильке!
— Дмитрий Геннадьевич, Аякс вас ждет, — обратился к сыну какой-то мужик в грязноватой телогрейке, — видимо, он присматривал за лошадьми.
«Аякс!» — досадливо поморщилась Алла. Ну, понятное дело, речь идет о члене бандитской группировки. Только у такого сомнительного типа может быть псевдоним Аякс.
Митя кивнул и прошел в один из небольших загончиков. Алла проскользнула в соседний. Через несколько минут до ее ушей донеслось подозрительное чавканье и довольный голос сына:
— Аякс, хороший мой, я знал, что тебе понравится жженый сахар! Мне самому нравится. Я еще и хлебушка черного тебе принес, горбушку, как ты любишь!
Алла приподнялась на цыпочках и заглянула в загон. Митя был там, он нежно обнимал за шею огромного мускулистого коня. А рядом с ним стоял… стоял Ярослав Мудрый, с шикарным кожаным седлом в руках.
— Ну, на Аякса садиться тебе еще рано, — Ясик покровительственно похлопал Митю по плечу, — он на самом деле серьезный конь, строптивый довольно. Вот в соседнем загончике живет Буренка, все начинающие сначала обкатывают ее, она уже старенькая, а раньше была королевой бегов!
— He хочу Буренку, — закапризничал сын, — что я, слабая девчонка, что ли? Только Аякс. Никакой Буренки.
— Буренка — имя для коровы а не для лошади! — не выдержала Алла.
Митя нервно обернулся, и его лицо вытянулось.
— Ma! Что ты здесь делаешь?! Следила за мной, да?
— Вовсе нет! Я, видишь ли, интересуюсь конным спортом, вот и забрела на ипподром'
— Врешь! — рассердился сын. — И как вырядилась — в джинсы, свитерок убогий! Специально, чтобы я не заметил! Да я краем глаза видел тебя в метро! Еще подумал, что тетка на мать мою похожа. А это, оказывается, ты и была!
— Глупости, — улыбнулась Алла, — ты же знаешь, что я никогда не пользуюсь общественным транспортом. Приехала сюда на такси.
— А по-моему, твоей маме очень идут эти джинсы, — вступил в разговор Ярослав, — она выглядит в этом совсем как девчонка. Старшеклассница.
— Ага, а ведет себя как дошкольница, — надулся Митя.
— На себя лучше посмотри! — отрезала Алла. — Губишь свою жизнь. Одни гулянки на уме и проститутки. А теперь вот еще бега. Ставки. Учти, я тебе денег на это не дам.
— Какие ставки? — округлил глаза сын.
— Митя просто интересуется лошадьми, — пояснил Ясик, — учится кататься. Аякс — его фаворит. Он приезжает к нему каждый день, кормит его и чистит его загон.
— Понятно, — ядовито улыбнулась Алла, — что-то раньше я за ним не наблюдала такого благородного увлечения.
— Так я всего неделю назад уговорил его сюда прийти!
— Это правда! Я еще давно с Ясей познакомился! — затараторил Митя. — Он давно говорил, что у меня получится кататься на лошадях, но я все не верил, а тут попробовал — и правда говорят, что у меня есть задатки настоящего жокея!
— Это верно, — согласился Ярослав. — Алла, оставайся, посмотришь, как он ловко управляется с лошадью! Тем более что я сегодня хотел к тебе зайти. Мне надо кое-что тебе сказать!
— Ну, я пошел! — засуетился Митя. — Надену седло на Буренку.
— Ну и что ты хотел мне сказать? — спросила Алла, когда Митя их оставил. — Учти, долго я слушать не стану. Ты и так за последние дни мне ужасно надоел.
— Да я много и не скажу, — спокойно улыбнулся Ярослав, — просто я завтра уезжаю обратно в Адыгею и хотел попрощаться.
— Замечательно. Значит, я больше тебя здесь не встречу.
— А ты изменилась. Но не в этом дело. Просто я хотел тебе кое-что подарить. На память о нашем знакомстве. — Он порылся в кармане и извлек на свет уже знакомую ей бархатную коробочку.
— О, где-то я уже это видела. Кажется, ты собираешься одарить меня фамильной драгоценностью. Не слишком ли опрометчивый шаг? Ведь мы больше никогда не увидимся. Ты потом не пожалеешь, что отдал мне этакую ценность?
— Не надо смеяться, я и сам знаю, что это дешевка. Мама в галантерее купила, а для всех придумала непонятно что. Но ты открой коробочку.
Алла машинально распахнула протянутую коробочку. На ее ладошку выпало два кольца. Одно, уже знакомое ей, металлическое, с бледным голубеньким камушком. Другое кольцо явно стоило целое состояние. Тяжелое, золотое, с огромным кровавым рубином.
— Откуда это у тебя? — выдохнула она. — Ограбил, что ли, кого-нибудь?
— Я знал, что тебе понравится, — улыбнулся Ясик, — специально для тебя купил в ГУМе.
— Это что, тоже фальшивка? — подозрительно осведомилась Алла, заранее зная правильный ответ.
— Нет, оно настоящее.
