Пятый лениво хмыкнул в согласии. Ему было слишком хорошо рядом с Ваней, чтобы думать о чём-то негативном.
Кто знает, заботилась бы она о нём так, будь у него способности. Да, он был лишён возможности проводить время с братьями и сёстрами, но по какой-то непонятной причине Ваня приходила к нему каждый раз, как выдавалась свободная минутка в её непростой супергеройской жизни. Ему было непонятно это её желание общаться с ним, рассказывать ему всякое и выслушивать всё, чем делился он. Ничего общего у них не было. Она была лучшей ученицей академии, он — белой вороной, выпадавшей из общей картины. Почему же она говорила с ним почти на равных? Почему доверяла ему?
— Это потому, что ты обычный, Номер Пять, — сказала Ваня.
Пятый, погрузившийся в свои мысли и прослушавший половину нотаций, напрягся. Ваня что, плюс ко всему, теперь и мысли его будет читать?
— А?
— Я говорю, Клаус спихивает на тебя домашку, потому что думает, что тебе больше нечем заняться, ведь ты обычный. Но это не так, — повторила она.
Пятый расплылся в до безобразия счастливой улыбке, когда Ваня, наклонившись, поцеловала его в макушку.
— Я в курсе, — отмахнулся Пятый, поднимая голову и глядя на неё. — Знаешь, многие выдающиеся учёные и музыканты не умели видеть мёртвых и явно не перемещались во времени и пространстве, но это не мешает мне и всем остальным восхищаться ими. То, что у меня нет сил, не значит, что я хуже вас. В чём-то даже лучше.
— От скромности не помрёшь, да? — Ваня рассмеялась. — Не представляю, что бы я чувствовала, если бы была таким же изгоем, как ты.
— Спасибо, — кивнул Пятый.
— Нет, правда. Думаю, моё сердце было бы разбито. Я знаю, что преуспеваю по всем пунктам. И в учёбе, и в тренировках. Но что, если бы братья и Эллисон игнорировали не тебя, а меня?
Пятый покачал головой.
— Они бы не поступили так с тобой, Ваня.
— Но с тобой поступают.
Пятый не стал отвечать.
— Ты сыграешь мне на скрипке? — вдруг попросила Ваня. — До отбоя ещё есть немного времени.
— Всё, что попросит моя любимая сестра.
— Вот как?
— Ну, попроси меня об этом Диего, я бы ему этой скрипкой пробил его тупую башку, — невозмутимо кивнул Пятый.
— Номер Пять, это было грубо.
— Ты просто не видела его попытки решить задачу. Честное слово, он тупее Клауса.
Пятый нехотя поднялся со своего места, намереваясь достать скрипку, когда в комнату вошла Эллисон. Не обращая внимания на брата, она улыбнулась Ване.
— Мы собираемся посмотреть фильм все вместе, — оповестила она. — Ваня, ты с нами?
Ваня расплылась в радостной улыбке и согласно кивнула. Пятый тяжело вздохнул и выключил настольную лампу.
— Фильм так фильм, — протянул он. — На скрипке в другой раз можно поиграть.
Эллисон, повернувшись к нему, нахмурилась. Помолчав пару мгновений, она передёрнула плечами.
— Извини, Номер Пять, но я говорила с Ваней. Мне кажется, тебе не понравится этот фильм.
Пятый замер. Ему показалось, что его только что окатили ледяной водой или шибанули по голове старой доброй скрипкой.
Мальчик заставил себя растянуть губы в улыбке и понимающе кивнуть.
— Конечно, — холодно сказал он. — Думаю, мне куда интереснее будет остаться здесь и порешать ещё уравнения.
— И не нервничай, — строго проговорила Эллисон. — Мама кстати просила, чтобы я напомнила тебе о твоих успокоительных. Выпей их перед сном.
Ваня взволнованно посмотрела на брата. Реджинальд заставлял Пятого принимать средства от нервов каждый день на протяжении многих лет. Ваня не была в курсе, зачем, но отлично знала, что брат не любит поднимать эту тему.
— Обязательно, — пообещал Пятый.
Эллисон одобрительно кивнула и, схватив Ваню за руку, увела сестру из комнаты.
Пятый медленно подошёл к двери и закрыл её за ними.
Прислонился к ней спиной и устало закрыл глаза.
Что ж, по крайней мере, у него есть возможность выполнить домашку на неделю вперёд за один вечер. Ведь никто больше не будет мешать ему.
Если, конечно, Ваня не захочет поделиться своими впечатлениями после фильма.
========== Часть 2 ==========
Грейс заглянула в комнату Пятого, когда все остальные уже легли спать. Она прошла мимо оставленных на столе книжек и карт — некоторые города были обведены в кружочек, а к некоторым были приписаны знаки вопроса.
Грейс внимательно посмотрела на сына, сидевшего около окна и смотревшего на ночной город.
— Ты уже давно должен спать, милый, — позвала она, подходя ближе и кладя ладонь на плечо подростка.
Тот повернулся к ней, явно не понимая где находится. Пятый с детства отличался этой забавной особенностью. Если он уходил в свои мысли, то для окружающего мира мог считаться потерянным. К счастью, его и некому было терять.
Грейс обеспокоенно улыбнулась.
— Идём.
Пятый нахмурился, наконец, вынырнув из своих мыслей.
— Мам?
— У вас сегодня день рождения, — напомнила Грейс. — Но ты остался дома.
— Я думал, никто не праздновал, — Пятый пожал плечами. — Ведь все были на задании.
Грейс покачала головой.
— Ваш отец позволил всем пойти в ваше любимое кафе после миссии.
Пятый вздрогнул и с грустью усмехнулся.