В четверг Филипп всё-таки вытащил меня на площадь. Вернее, я пошла сама, потому что он сказал, что ожидается приезд короля. Бог знает, на что я надеялась, но король так и не появился. Зато в санях, промчавшихся по главной улице, я увидела ее высочество принцессу Маргрит и Клерхен Диблюмен. Клерхен что-то рассказывала, смеясь взахлеб, а принцесса кивала ей и улыбалась.
- Ты такая грустная, - сказал Филипп, когда я безучастно смотрела на балаганное представление, где смешная кукла с длинным носом верещала что-то, размахивая руками.
Дети от хохота валились в снег, и даже взрослые усмехались грубоватым шуткам.
- У меня королевская свадьба на носу, - ответила я Флипсу. – Тут не до веселья, можешь поверить.
- Пообещай, что это – последняя свадьба, на которой ты будешь готовить?
- Ты с ума сошел? – я отмахнулась, не желая об этом говорить, но Флипс не отставал.
- Мейери, зачем тебе лавка? Она даже мастеру Лампрехту не нужна! Где он шляется, скажи на милость? Ты вкалываешь за десятерых, а он отдыхает?
- Хозяин уехал покупать орехи и самый лучший сахар, - в сотый раз повторила я заученную ложь. – Скоро он вернется, а пока вся работа на мне.
- Это в последний раз, обещай.
- Филипп! – я не сдержалась и почти выкрикнула его имя. – Мы еще не женаты, а ты уже доводишь меня до белого каления!
Он опешил и забормотал извинения.
- Хочешь горячих оладьев с медом? – предложил он примирительно. – Я принесу.
- Принеси, - сказала я, только чтобы он ушел и хотя бы на время не маячил передо мной.
Дети затеяли игру в снежки, и я сразу попала под перекрестный полет снежных снарядов. Один из снежков ударил меня по плечу, второй сбил шапку, я отступила в сторону и едва не попала под копыта лошадей, везущих сани.
- Осторожней! – сердито крикнул мне возчик.
Я хотела поднять шапку, но позабыла о ней, потому что в санях сидел его величество король Иоганнес. Наши взгляды встретились, я шагнула к нему навстречу, но король отвернулся. Отвернулся так резко, что я поняла – он меня увидел и узнал, и не пожелал даже смотреть, не то что разговаривать.
Сани укатили прочь, а я глядела им вслед, пока не замерзли уши. Отряхнув шапку от снега, я надела ее, двигаясь, как во сне.
Вернулся Филипп, с тарелочкой толстых оладий. Они были горячие и очень вкусные, но мне горчил даже мёд. В пятницу в замке бургомистра будет новогодний бал, и король наденет на пальчик Клерхен кольцо Прекрасной Ленеке… От этого стало совсем тошно, и я сунула тарелочку с оладьями в руки Филиппу.
- Ладно, мне надо домой, - сказала я хмуро. – Увидимся в воскресенье.
- Мейери, - он был растерян и обижен. – У нас свадьба через несколько дней, а ты ведешь себя так, словно похороны…
- Мне и правда не весело, Флипс. Жаль, что ты этого не понимаешь.
Он хотел проводить меня, но я отказалась, и медленно шла по улицам, подставляя лицо редким колким снежинкам. Наверное, ночью будет метель…
А завтра в замке будет новогодний бал…
И Клерхен, наверняка, будет самой красивой. И самой умной. Ведь она разгадала все королевские загадки.
Мы с помощницами провозились в лавке до десяти часов вечера. Потом девушки ушли, а я принялась убирать стол и чистить чугунные формы, в которых мы пекли ромовые кексы. Работа помогала отвлечься и не думать о предстоящих свадьбах. Я даже не знала, мысли о какой из свадеб были мучительнее.
- Короли должны жениться на благородных девицах, - пробормотала я, очищая терочку для мускатного ореха. – На благородных, а не на лавочницах…
Звякнул колокольчик, и я обернулась, уронив терку, а сердце забилось в надежде. Но надежды оказались глупыми. Это был не король. Это была женщина в простом шерстяном плаще, с накинутым на лицо капюшоном. Ее запорошило метелью с головы до ног, и она старательно стучала каблучками, стряхивая с них снег.
- Сожалею, госпожа, но лавка закрыта до королевской свадьбы, - сказала я, тайком вздохнув от разочарования и поднимая терку. – У нас особый заказ, сейчас мы не делаем сладости на продажу.
- Но глинтвейном-то меня угостите? Я ужасно замерзла, - сказала женщина и сдвинула капюшон.
- Ваше высочество! – воскликнула я, потому что из-под капюшона на меня смотрела принцесса Маргрет.
- Метет, как в феврале, - сказала она весело, когда я усадила ее поближе к печи и принялась разогревать вино с медом и пряностями, чтобы приготовить ароматный зимний напиток. – Еле добралась до вас, барышня Цауберин. Что вы собираетесь подать на свадьбу моего брата?
- Я прислала полный список меню, и ваш мажордом его одобрил, - сказала я, разливая глинтвейн по кружкам. – Могу сделать вам список. Но там будут ромовые кексы, сладкие пироги с яблоками и сливовым вареньем, еще я планирую сделать сырные пироги – тоже сладкие, с ванилью, и конфеты с вишнями…
- Замечательно! – восхитилась принцесса. – Это как раз они? Сырные пироги? – она указала на три круглые формы, заполненные белым сырным тестом – нежным, как суфле.
- Да, сейчас печь протопится и я поставлю их на ночь, - я поднесла принцессе кружку с глинтвейном и имбирное печенье на фаянсовой тарелке. – Вот, надеюсь, вам понравится.
