— В том-то как раз и дело, что опять ничего. Пусто. «Не помнит, не опознал»... Тридцать две уже таких пустышки.
— А сколько всего-то ответов должно быть? — поинтересовался Валерий.
— Сорок восемь...
Овсянников не зря взял в Подольске на вооружение напальники: привез оттуда фамилии 312 бывших сослуживцев Бовина. Фамилии, имена. И еще сведения о том, кто из них откуда родом.
К моменту его возвращения из Подольска в отделении появилось новое начальство: Валентин Кириллович Шуляков пошел на повышение, а на его место назначили прибывшего из Казахстана на стажировку Бориса Абикеевича Чедуганова. Майор Чедуганов тотчас включился в работу по исследованию обстоятельств, связанных с «Делом об ордене», и по достоинству оценил добытую Овсянниковым информацию.
«Что нам здесь светит? — сказал с чуть заметным казахским акцентом, познакомившись с привезенными материалами. — Нам здесь светит очень, однако-то, важный момент: если мы знаем, где у кого корни, сколько-то веток обязательно найдем...»
Эту зацепку выделил и Голиков. И от нее именно и пошли дальше, опираясь на предположение, что какая-то часть из 312 солдат и офицеров могла после войны осесть в родных местах. Разослали в адресные бюро запросы, и вот в самом деле отыскалось 48 человек.
После этого оставалось лишь подключить местные отделы КГБ — от них теперь и поступали письма, содержавшие результаты бесед с выявленными однополчанами.
— Сорок восемь должно быть, — повторил Овсянников, отвечая Валерию. — Если, конечно, все отзовутся.
— У нас так не бывает, чтобы не отозвались, на этом весь розыск строится, — и, обращаясь к Сергею, попросил: — Читай вслух, хочу определить, стоит ли чертыхаться.
— «На ваш № ... Для сведения: Глушко Николай Павлович по указанному вами адресу фактически не проживает, сдает квартиру молодоженам, сам проживает без прописки в селе под Днепродзержинском, злоупотребляет алкоголем, как личность деградировал, с сослуживцами связи не поддерживает.
В результате беседы установлено, что он действительно служил в конце 1945 г. в гаубичном артполку (номер не помнит). Бовин ему не известен, на фотографии его не опознал.
Нач. Исовтненского РО УКГБ УССР по Днепропетровской области».
— Ну, что сказать? — прокомментировал Валерий. — Ответ объективный, все на месте, просто жизнь в очередной раз демонстрирует свои коленца... Читай второе, Серега.
— «На ваш № ... С целью выяснения интересующих вас вопросов нами проведена беседа с Савинским Василием Гавриловичем, проживающим в с. Гарнышевка Вологинского р-на Хмельницкой области, работающего в колхозе «Заповiт Iллiча» на разных работах.
В беседе Савинский В. Г. сообщил, что он действительно служил с мая 1945 года в 808 гап.
Савинский В. Г. сообщил также, что он служил телефонистом во взводе управления 1 батареи 1 дивизиона.
Савинский В. Г. сообщил также, что после того, как 808 гап был расформирован, часть солдат этого полка попала в 344 гап.
Савинский В. Г. сообщил также, что за время его службы он запомнил два ЧП.
Первое ЧП: майор и старшина (фамилий он не помнит) при попытке выплавить тол из мины подорвались и были очень тяжело ранены.
Второе ЧП: начальник тяги 808 гап (воинское звание ст. лейтенант или капитан, фамилию он не помнит) застрелился.
Савинский В. Г. сообщил также, что Бовина В. И. не помнит, на присланной вами фотографии не опознал.
Фотографию и справку адресного бюро возвращаем.
Приложение: справка адресного бюро и фотография Бовина, всего на 2-х листах, не секретно.
Начальник Вологинского РО УКГБ УССР по Хмельницкой области».
— Лишних подробностей многовато, конечно, — сказал Сергей, возвращая Овсянникову письма. — Но почему тебе сразу не заглядывать в конец?
— Пробовал, — вновь вздохнул Овсянников. — Не получается.
— Вообще-то знакомая картина, — вступил Валерий. — Когда получаю подобные ответы, никак не могу себя заставить сразу выхватить суть, иду от А до Я.
— Верно, именно так, — обрадовался поддержке Овсянников. — Продираешься к зерну через всю мякину, оттягиваешь момент разочарования.
Сергей поднялся из-за своего стола, полез в карман за сигаретами.
— Ну-у, ребята, это уже перебор, это уже лирика. Все говорит за то, что пора подтонизироваться.
— Перекур — святое дело, — присоединился Валерий. — Еще древние говорили, что даже самое маленькое дело должно завершаться большим перекуром. Айда, Юра, поглядим на окружающую действительность сквозь дымовую завесу.
Пока курили, поступила новая порция почты. Овсянников сел за стол, расставил по обе стороны от нового письма локти, упер в скулы кулаки — приготовился к неспешному и сосредоточенному шествию от абзаца к абзацу, через всю «мякину», пока не выклюнется в конце зерно ответа. Расставил локти, упер в скулы кулаки, но вдруг вскинулся, произнес:
— Есть такое дело: «...опознал бывшего сослуживца Бовина В. И.»
— Что значит прислушаться к умному совету, — вставил Сергей. — Давно бы так: заглянул сразу в конец — и душа на месте.
— Да нет, это не конец, с этого и начинается...
