- Ты в машине посидишь, пока они там хату посмотрят, а потом сразу сориентируешься - допросить кого, изъять, задержать, ну сама увидишь. Сиротинского возьмут, так надо будет с ним вопрос решать. Ладно, Машечка? - Он заглядывал мне в глаза.
- А кто поедет? - спросила я, смирившись с неизбежным.
- Твой другая Кораблев и наши старшие товарищи из ГУУРа и ГУОПа.
- Да-а? - удивилась я. - Неужто тряхнут стариной и покажут, как надо работать?
- Ну! - подтвердил Кузьмич. - Потом будешь рассказывать, как тебе повезло, с такими зубрами выезжала.
- Это им повезло, раз они со мной выезжают, - мерзким голосом сказала я.
- Ну ладно, это вы там с ними определитесь.
Пришел Кораблев, а за ним подтянулись москвичи.
- Ну что, никого больше не надо в подмогу? - спросил их Василий Кузьмич.
- Не надо, - загрохотали в два голоса эти здоровяки.
Кораблев только плечами пожал. Пока спускались вниз, он обратил внимание на мои грязные сапоги, сообщил, что некрасиво женщине расхаживать по присутственным местам в нечищеной обуви, и посоветовал купить специальную губку, которую можно носить с собой, и в случае необходимости протирать грязные сапоги. Вот он без такой губочки никуда не выходит, и в доказательство он достал из кармана куртки и продемонстрировал мне губочку в пластмассовой коробке.
В машине нам было никак не рассесться, поскольку мужики галантно предоставляли мне переднее сиденье, но москвичам даже вдвоем было не поместиться сзади, а уж Кораблеву там было совсем некуда головушку приклонить. Я плюнула и пошла назад, села в угол, все равно мне сразу на месте не выходить; ко мне всей тушей прижался москвич с блестящим галстуком (из ГУОПа, подумала я, гууровец сегодня в галстуке в полосочку), а на трех квадратных сантиметрах у двери устроился Ленька. По дороге добрые дяди из Москвы рассказывали про эту самую банду взрывников и про то, что бандитские умельцы там взяли обыкновение минировать оставленные ими помещения, и даже не оставленные, просто вышли в магазин - и заминировали. Два участковых у них так подорвались, устройство сработало один раз на открывание двери, второй раз - аж на голос.
Когда мы подъехали к нужному дому, москвичи стали выяснять, куда выходят окна искомой квартиры. Высчитали с большим трудом окна, после чего один из них спросил Леньку:
- Парень, ты вооружен?
- Вооружен, - Кораблев показал им пистолет.
- Ну давай иди вперед, мы тебе спину прикроем. Сначала лучше нам всем гуртом по лестнице не топотать, а как войдешь, мы сразу за тобой.
- Ладно, - согласился Кораблев.
Он вышел из машины. Я видела, как он достал из кармана губочку и протер свои и без того сверкающие ботинки. Потом аккуратно губочку упаковал обратно, вытащил ствол, передернул затвор, дослав патрон в патронник, и вошел в парадную.
Мы стали ждать. В машине тихо играла музыка. Москвичи притихли и даже не разговаривали друг с другом. Я закрыла глаза и откинула голову на спинку сиденья. Почему они не идут за Ленькой? - подумала я. Вроде бы уже пора, он давно подошел к квартире. Они же обещали ему спину прикрывать! Я открыла глаза, подняла голову и убедилась, что москвичи сидят, как и сидели. Я, конечно, не особо сильна в их оперских манерах, но ведь они русским языком обещали ему спину прикрыть... Они сидели не шелохнувшись, глядя перед собой, а я ругала себя за то, что стесняюсь задать им вопрос: чего они ждут? Почему не идут вслед за Кораблевым? Из подъезда, в котором скрылся Ленька, донесся какой-то звук. Я вздрогнула, но они даже не шелохнулись. И вдруг я поняла, чего они сидят: они ждут, подорвется он или нет. Если нет, спустится за ними, а если хата заминирована, они услышат. И словно отвечая на мои мысли, в парадной глухо ухнуло. Послышался звон стекол, грохот. Чуть погодя кто-то крикнул.
- Что же вы сидите?! - резко спросила я.
- Нормально, нормально, - забормотали они в два голоса.
- Да что нормально-то?!
И в этот момент ухнуло еще раз, только в два раза громче.
- Опа! - довольно сказал один, с переднего сиденья.
Полуобернувшись ко мне, он подмигнул и сообщил, что "эти ребята", взрывники, за которыми мы охотимся, всегда "двойку" закладывали: у самой двери один заряд, слабенький; он рванет, только чтобы попугать, бдительность притупить, и те, кто входит в квартиру, пережидают, думают, что уже все, и идут дальше, и вот тут-то ухнет по-настоящему.
Мне было не выйти из машины, дверь с моей стороны не открывалась, и я с силой пихнула в бок москвича, сидящего рядом со мной:
- Дайте мне выйти!
Тот даже не шелохнулся.
- Еще немного посидим, вдруг там "тройку" заложили, - пробормотал он.
Тут я пожалела, что не получила оружия, - я бы его пристрелила. Водитель дисциплинированно ни во что не вмешивался.
- Нет, "тройки" нет, теперь пошли,:- обернулся бугай с переднего сиденья к напарнику.
Они выгрузились из машины и неторопливо потопали в парадную. У меня потемнело в глазах. Потом запрыгали золотые звездочки... Теперь я уже боялась выйти из машины и подняться туда, на место происшествия. Что-то там с Ленькой?
