Белое солнце дознавателей. Книга 2 полностью

— Ты сказала не это, Ву!

— Помолчи, Фейу!

— Сама помолчи! Вся спальня провоняла реактивами, которые ты притащила из лаборатории, даже мои ханьфу, — Марша принюхалась к своему рукаву и сморщила нос, — духи и то не перебивают этот запах!

— От вас ничем таким не пахнет… — вклинился Гебион в защиту Фей-Фей. — То есть я имел ввиду ничем таким, в смысле отвратительным или не вкусным, вы пахнете нормально…

Фейу угрожающе раскрыла веер в сторону Лидса.

— То есть я не имел ввиду, что я вас сегодня нюхал! — перепугался Геб. — То есть не именно сегодня, я вас вообще не нюхаю леди Фейу, не подумайте, я даже не обращаю на вас внимания!

— Что-о-о?!

— То есть, конечно же — обращаю внимание, — совершенно перепугался растерянный Лидс, — но не нюхаю!!! То есть обычно не нюхаю! И понюхал только сегодня… — совершенно скис Геб. — Вайю, скажи им, я — интересуют только артефакторикой! И обращаю внимание только на артефакты!

Фейу набрала воздуха и уже выпятила внушительную грудь.

— Меня интересуют только артефакты! Кольца, браслеты, броши… — мы дружно посмотрели на Маршу, которая как раз сегодня нацепила брошь на отворот.

— Вот на эту? — Фейу погладила край броши.

— И на эту!

— То есть ты смотрел на…

Тоненький полуписк-полуплач со стороны «цыпленка» на миг остановил спор. Костас, закрыв лицо газовым шарфиком, на манер кади, попискивал, закрыв глаза, плечи его подрагивали, голова дергалась.

— Сир… — осторожно позвала Фей. — Сир Костас, с вами всё в порядке…

— Тир, — окликнула Фейу.

Шарф медленно-медленно сполз вниз, открывая раскрасневшееся лицо «цыпленка», глаза блестели от слез.

Костас — смеялся.

***

Ещё через десять мгновений возмущений протестующие южане получили предупреждение от судей и удалились на свой сектор трибун, приспустив флаг предела в знак несогласия. Дальше наступил этап жеребьевки, который и определял, каким будет итоговая сетка боев.

Повезет ли сегодня Тиру? В круг он может получить троих — девушку, как лучший из вариантов, столичного хлыща или ученика западной школы, который уже продемонстрировал мастерство, значительно превышающее уровень выпускного школьного класса. Встретиться в финале — даже при лучшем раскладе, все равно придется с одним из них.

Даже я не смогла решить, кого бы из них двоих я предпочла бы в противники — столичный или западный стиль боя отличались несильно, но — достаточно. Западник бил сильнее, вкладывая больше энергии в плетения, значит выше расход — и его можно вымотать. Но пара ударов в нужную точку — и он снимет щит. Столичный… вообще не показал на что способен на самом деле.

— Жребий! — хлопнула веером Марша, глядя в сторону Арены. Каждый из четырех участников создал энергетический шар, и один из распорядителей, активировал плетения, подбросив шары вверх — и они вращались по кругу в воздухе в центре поля, пока один из судей не хлопнул в ладоши. «Золотой» тировский сгусток силы замер точно напротив серо-зеленого шара, и мы — дружно выдохнули. Геб даже хлопнул Костаса от избытка чувств по плечам, так, что «цыпленок» мотнулся вперед.

— Повезло, хвала Великому, — воскликнула Фей-Фей.

— Жребий брошен. Во втором круге встречаются пары участников третий — первый, и второй — четвертый, — зычно озвучил распорядитель результаты.

— Север встречается с Востоком, а Столица с Западом. Девчонка — лучший из возможных раскладов для второго круга дуэлей. Если Тир победит — он выходит в финал и второе место нам точно обеспечено, — удовлетворенно выдохнула Марша.

Великий явно благоволит роду «золотых».

Внизу на Арене противники уже мерились взглядами, сира из команды восточного предела разминала пальцы и суставы, пританцовывая на месте, и только Тир, лукаво улыбаясь, рассылал воздушные поцелуи всем дамам на Трибунах, поворачиваясь во все стороны.

— Позер. Единственный и неповторимый, — хмыкнула я тихо, щелкая пальцами — маленькая проекция времени вспыхнула передо мной серебром.