— Какая — то дефективная тварь… — пробормотал Акс, не отрываясь ни на миг от происходящего внизу — …видимо больная…?
Рукава Феникса вспорхнули вверх ещё и ещё… но маленькая гора в прыжке, оттолкнувшись хвостом от земли взмыла вверх и просто кубарем снесла всадника вместе с конем.
Победное улюлюканье в отряде стихло резко. В ушах свистел ветер.
— Великий и Мара всеблагая!!! Феникс… — Акс ошеломленно выпрямился.
Сигнальное плетение взмыло вверх от колонны — до самых туч, осветив все алым на много сотен шагов вокруг, такое яркое, что небеса вспыхнули алым, как будто сверху зажглось Око.
Одно плетение, второе, третье…
В городе протяжно откликнулся горн — один, другой, третий! Военная тревога!!!
Черная гора безошибочно обернулась в нашу сторону, припала к песку и активно замолотила по песку хвостом.
— Это невозможно! Просто — невозможно! — дернулся Акс вперед.
Гора продолжала молотить по песку хвостом, кавалькада перестроилась в каре, и развернулась, быстро отступая обратно к городу… но … шекки оказались быстрее…
И в этот момент вечер стал днем. Впереди, над барханами, прямо в пустыне в небе раскручивалось плетение — как рисунок на пергаменте мастера — знак, который не видели на Юге много сотен зим.
Рвануло сразу — оглушительно, и Акс пригнулся закрывая меня собой, но щиты не сработали — взрыв прогремел слишком далеко. Отголоски эхом прокатывались по пустыне — туда — обратно, как будто рокот рождался в самой глубине песков.
В городе опять протяжно запел горн — один, другой, третий! Вызов!!! Военная тревога!!!
Аксель встрепенулся, собираясь использовать Глас, но я со всей силы впилась ногтями ему в руку — «Нельзя! Жди!»
И через два мгновения вся линия шекков развернулась обратно в пустыню, оставляя за собой поломанные фигурки на песке… и столбы песчаной пыли.
И только тогда я — выдохнула.
— Это Кораи, это они дежурили в этой части пригорода и развернули тварей, — ошеломленно выдал Акс, и развернул меня к себе, просто крутнув на месте. И уставился прямо в глаза. — Вайю Юстиния Блау.
Я хлопнула ресницами.
— Вайю. Юстиния. Блау, — скрип зубов был слышен отчетливо. — Ни слова. Ни. Единого. Слова. Ты не произнесешь больше. Тебя здесь не было.
— Нас, — пискнула я тихо, но Акс так больно сжал плечи, что я заткнулась.
— Мы патрулировали вверенную территорию, услышали сигнал горна, и сейчас присоединимся к поисковому отряду. Ты. Все. Поняла.
— Аксель…
— Ты. Все. Поняла.
— Поняла!
— Скажи мне только одно, — он прикрыл глаза и сжал зубы. — Только одно… ты… планировала…
Я опустила глаза вниз, на кончики сапог, которые было едва видно в полумраке.
— Доверие, — прошипел Аксель, больно тряхнув меня за плечи. — Не смей мне врать!
— Ну — у — у… это… могло… не… сработать…
Аксель выматерился.
— И что тогда?
— М — м — м — м… на этот случай у меня был ещё один план — номер два. И номер три… если бы не сработали два первых, — выдохнула я едва слышно.
Аксель матерился пару мгновений, а потом развернул меня спиной к себе и…
— АКСЕЛЬ СЕПТИМУС БЛАУ!!!
… и со всей силы врезал мне по заднице ладонью так, что я подпрыгнула.
— ДОМОЙ! К АЛАРИЙКАМ, НЯНЬКАМ, КУКЛАМ, ТРЯПКАМ!
— Аксель! Ауч! Меня нельзя бить! Я же больна!
— Потом ты объяснишь мне все. Дай мне слово. Силой клянись! Все, до последнего! Вообще всё!
Горн снова надсадно взвыл — созывали всех…
— Слово! — выдохнула я быстро. Темное облако вспыхнуло, лизнув пальцы, и я покорно кивнула.
— И… перестань улыбаться! — прошипел мне Акс, схватив за подбородок. — От счастья, как дура! Ты должна удивиться, продемонстрировать ошеломление, а потом скорбеть, вместе со всем пределом!
— Я буду скорбеть лучше всех, брат, обещаю, — я покорно кивнула ещё раз, но губы сами расползались в улыбке.
До неприличия счастливой и… хищной.
