В Ревель прибыл Чернов, планируя из оставшихся в Эстонии белогвардейцев Юденича создать три отряда по 300 чел., которые стали бы организующими ядрами для наступления на Ямбург, Псков и Гдов. Сюда же съехались представители Савинкова, Врангеля, Чайковского. Правда, от предложений Чернова о помощи, переданных в Кронштадт, восставшие уклонились. Ходили слухи о переброске под Петроград всей армии Врангеля. Но это были только слухи. Союзники, от которых зависели любые конкретные шаги в данном направлении, заняли наблюдательную позицию и никакой заинтересованности в возобновлении Белого Движения не проявляли. Хотя англо-французская эскадра в Копенгагене из 14 кораблей была приведена в боевую готовность, но тоже оставалась в выжидательном режиме — на всякий случай. Да и состояла она из небольших судов — миноносцев, легких крейсеров, так что для серьезных самостоятельных действий она не предназначалась.
Но события как быстро вспыхнули, так и быстро покатились к развязке. В Петроград приехали Троцкий и Сталин, для непосредственного командования собранными сюда войсками прислали Тухачевского. Не считая ни одну из своих частей стопроцентно надежными и опасаясь их перехода к мятежникам, большевики всячески укрепляли в них партийное влияние, даже направили третью часть делегатов съезда партии (более 300 чел.), всех военных. 16.03 последовала новая артиллерийская дуэль, а в ночь на 17.03 — второй штурм. Ударные группировки из Ораниенбаума и с Лисьего Носа в маскхалатах начали скрытное движение по льду. Обнаружили их слишком поздно. Несмотря на большие потери, атакующие ворвались в Кронштадт. После ожесточенных рукопашных схваток, происходивших и на улицах, и на кораблях, восстание было подавлено. Сказалось, конечно, и отсутствие единства среди мятежников. Когда одни дрались насмерть, для других красные оставались еще «своими» — с которыми можно было спорить на митингах, а идти в штыки рука не поднималась. Сказалось и отсутствие дисциплины, хорошего общего командования — иначе разве одолели бы так быстро гарнизон, численно превышающий всю армию Врангеля, засевший в крепости, куда более сильной, чем Перекоп? Часть мятежников сумела прорваться и по льду ушла в Финляндию, часть сдалась. 18.03 сражение завершилось, большевики заняли Кронштадт полностью.
Интересно, как в дни мятежа проявилась знаменитая «гибкость» ленинской политики. Вождь буквально за неделю резко сменил свой и партийный курс. Если 8.03.21 на X съезде он утверждал:
"Свобода торговли немедленно приведет к белогвардейщине, к победе капитализма, к полной его реставрации", то к концу съезда он уже убеждал делегатов, что в свободе торговли в общем-то нет ничего страшного, поскольку власть остается в руках "рабочего класса". Вряд ли эта уступка была рассчитана на кронштадтцев. Скорее — на умиротворение Петрограда и на то, чтобы мятеж не стал детонатором нового крестьянского взрыва. Ну и, естественно, расчет был на пропаганду в Красной армии, состоящей из тех же крестьян. Удержать в верности правительству войска, которым предстояло штурмовать Кронштадт. Реальное же введение НЭПа, замена продразверстки продналогом, потом всячески затягивалась. Так, в областях, побывавших во власти белых, еще и в 21-м собиралась продразверстка под предлогом их "задолженностей".
Коммунистические утверждения о «заговоре» в Кронштадте не выдерживают критики. Ну какой здравомыслящий заговорщик стал бы поднимать восстание в первых числах марта, вместо того чтобы выждать пару недель? И подтаявший лед Финского залива сделал бы крепость на много месяцев неприступной, в то время как сами мятежники сохраняли бы полную свободу действий, имея в распоряжении весь флот. Именно поэтому эмигранты и заботились о продовольственной помощи. Из даты восстания, таким образом, видна его стихийность. Подавлялось же оно с обычной жестокостью. Только на месте в первый день расстреляли около 300 чел., не считая убитых в бою. Сколько казнено потом, сколько погибло заложников из мирного населения, остается неизвестным.
Однако стихийность выступления коммунистов не устраивала. "Краса и гордость революции", матросы, не могли стихийно восстать против любимой партии. Требовалось другое объяснение — и немедленно, как для населения России, так и на будущее, для истории. Срочно нужен был заговор. Официальная биография Ф. Э. Дзержинского под ред. С. К. Цвигуна рассказывает:
"В марте 1921 г. ЦК РКП(б) и СНК РСФСР поставили перед чекистами задачу выявить и разоблачить подлинных вдохновителей и организаторов кронштадтского мятежа".
