Белорусский узел полностью

Они выбрались из машины. Дышать тут можно было… сугубо условно — но и подслушать тут было нереально.

— Не понял?

— Не.

— Ну и дурак. Думаешь, в машинах деньги были?

…

— Не было там никаких денег. То наши побратимы были. А ты их чуть не пристрелил.

— А зачем это?

— Как — зачем? Это единственный способ получить наличму и не подставить людей. Ограбили… вот уголовное дело. Вопросов нет.

— Наличму — зачем?

— Ты чего то тупишь сегодня. Наличма — на майдан.

…

— А ты думаешь, просто так нас в Брест погнали? Брест — это все равно, что в Украине Львов. Город, где не забыли свободу…

Документ подлинный

…

Недавно, разговаривая о варварстве и лжи русских в телевидении против украинцев, я услышал вопрос: "А являются русские людьми?"

…

Там (в России) тотально, массово этого даже не понимают, и ни одна русская личность никогда не поставила вопроса покаяния /перед другими народами/ перед русским обществом. Наоборот, из преступлений против человечества сделан предмет общественной (имперской) чести и славы.

И вполне закономерно, что то, что в результате покаяния отвергли немцы (идеологию нацизма) сейчас переняло русское имперское общество во главе с Путиным. Здесь проявилась гносеологическая природа нечеловеческого явления. Это все есть факт и реальность, которую все наблюдают.

Так как же к этой реальности относится? И главное: как её оценивать? Являются ли русские людьми?

…

Если поинтересоваться, что думают о русских цивилизованные народы, то обнаруживается страшная картина рейгановского «скопления зла».

…

Последовательно, целенаправленно во всех областях жизни, во всех аспектах существования, от быта до культуры, от экономики до политики, со стороны России шли в Беларусь ненависть, грязь, непризнание, охаивание, оплевывание и истребление всего, буквально всего белорусского. Репрессии чередовались с геноцидом, грабёж с изъятием имущества, фальсификация, ложь шли вместе с русификацией, имперские привычки — вместе с пьянством и матом, и повсеместно бесконечно — ложь, огромная, чудовищная, русская. Оттуда не пробилось ничего светлого, ничего уважаемого, ни крошки (ведь его там не было, а если где возникало, то они же его уничтожали).