— На Вана? — переспросила она и вдруг улыбнулась сквозь слезы. — Обращу. Если это будет единственный способ быть около тебя, то… обращу, — она с трудом произнесла эти слова и, прежде чем Ярослав успел что-то еще сказать, Женя убежала, оставив его в одиночестве на безлюдном берегу. Зарецкий, вздохнув, сел прямо на траву, достал из рюкзака бумагу и карандаш и рисовал до самой темноты. А через несколько дней он узнал от счастливого Ивана, что у них с Женей все пошло в гору. Яр часто виделся с Женей, но они ни разу не говорили о том, что произошло летом. Ванну Ярослав, естественно, ничего не рассказал. Он вообще в последнее время привык думать о Евгении как о друге и почти что о невестке.
После уроков, отбившись от предложений одноклассников куда-нибудь сходить, Яр не в лучшем расположении духа пошел домой, решив прогулять факультатив по обществознанию — он вообще часто это делал, отговариваясь тем, что у него, как у президента школы, множество общественной работы, чему учителя с охотой верили. Конечно, можно было поехать на автобусе или на такси, но парню хотелось прогуляться по морозному воздуху, тем более что снег, который он так не любил, уже закончился. А еще одной причиной был Ван, с которым Яр рассчитывал пройти половину пути и все-таки поговорить о сложившейся ситуации. Однако стоило парню пройти турникеты и оказаться около дверей, ведущих на улицу из этого шумного места, как его догнала девушка в очках и с двумя светлыми тонкими косичками — ученица параллельного класса, 11-го "М". Буква "М" обозначала математический уклон.
— Ярослав! Ярослав! — заорала она прямо в ухо неженственным басом, хватая Зарецкого за рукав. — Ярослав!!
Тот вздрогнул и почти с ужасом глянул на девчонку.
— Что, Аля? — спросил он, пытаясь отстраниться, а она потащила его в сторону, подальше от нескончаемого потока школьников, спешащих домой после занятий.
— Ярослав! — радостно заголосила обладательница косичек, не отпуская рукав темно-синей школьной формы русоволосого парня.
— Да что случилось? — с трудом освободился от ее хватки Яр. Девица его бесила и пугала с той самой минуты, как выяснилось, что она — его заместитель.
— Как что?! Сегодня школьный Совет! Я же тебе сто раз говорила! — громко сообщила девочка. — Ты, как президент, должен на нем быть! Ярослав, возвращайся назад! Тебя все ждут!
"Подождут", — злобно подумал парень, который всеми фибрами души ненавидел как Совет школы, так и свою мерзкую президентскую должность, на которую он попал этим сентябрем из-за сборища идиотов под названием "мой родной класс".
По недавно созданной традиции, каждый год ученики школы № 8 выбирали себе президента-старшеклассника. Все 10-е и 11-е классы представляли по одному кандидату на выборы, а вся школа после двухнедельной предвыборной кампании выбирала себе президента. Зачем директору и его администрации понадобились эти игры в демократию, Яр не знал — если только для статуса школы, считающейся одной из лучших в городе. "Вот, смотрите, у нас есть свой президент и даже Совет школы, которые решают самые разные, чаще всего, несуществующие проблемы, аха-ха-ха", — как-то так думал обо всем этом Зарецкий.
