Но дремать долго им не дали. Надо было разводить костер, для чего был необходим сушняк из леса. Уж потом можно готовить кое-какую трапезу для перекуса. В основном, конечно, жареную на костре в углях картошку. Все устали, хотели есть. Илья строго следил за костром, за приготовлением пищи на нём. Все это было для него не впервые. Он страстно любил походную жизнь и своих друзей.
На импровизированной скатерти-самобранке, постеленной на земле, девушки разложили хлеб, варёные яйца, колбасу, овощи, соль, чай, сахар. Вскипятили на костре воду и быстро разлили её по алюминиевым кружкам ребят. Кружки были горячие, обжигали пальцы, все весело смеялись и сыпали прямо в кипяток россыпью заварку руками.
Скоро подоспела и картошка! Палочками друзья вынимали её из костра, перекатывали по вощеной бумаге туда-сюда, чтобы остыла поскорее, и с жадностью набрасывались на такое лакомство! Все эти действия придавали пикнику романтики. Природа во всём благоволила в этот день студентам. Ни одной капли дождя не пролилось в тот день.
А дальше… Дальше началось самое главное – импровизированный концерт под гитару! Заходящее уже солнце посылало ребятам свои прощальные лучи, согревая их напоследок. Сколько новых песен услышала Надя в этот вечер! Сколько новых талантов открыла для себя!
Пили туристы только рислинг, сухое недорогое вино, и то совсем понемногу, в основном для настроения. Илья строго следил за этим. У него все было продумано и просчитано.
Через какое-то время, чуть-чуть захмелев от выпитого рислинга, который придавал ей немного смелости, Надя решилась прочитать вслух стихи. Она давно знала их, но на концертах в институте со сцены как-то стеснялась читать. А здесь – в ней открылось новое второе дыхание, смелость, вместе с тем и желание нравиться. Быстро посоветовавшись с сидящим рядом гитаристом, Надежда попросила его под это стихотворение подобрать какой-нибудь аккомпанемент, любой, подходящий под стихотворение. Парень с радостью согласился. Он некоторое время что-то бренчал на своей гитаре, подбирал музыку, а потом, улыбнувшись и кивнув Наде, дал знак, что готов. Надежда встала, завела руки за спину, многозначительно посмотрела на уже вечернее небо с едва видимыми на нём проступающими звёздами и медленно, выразительно прочитала большой отрывок из «Евгения Онегина» – «Сон Татьяны». Она сама не ожидала от тебя такой смелости. Надя смогла преодолеть свои врождённые зажатость и боязнь. Видимо, в этом ей помогли занятия в театральной студии института. После этого выступления Надежда вдруг почувствовала лёгкость, свободу, полёт души. И главное, она услышала, что все зааплодировали ей. На лицах ребят возникло уважение интерес к её личности. Такие редкие ослепительные моменты запоминаются на всю жизнь. Когда-то готовясь к экзаменам, Надя где-то вычитала, что «искусство есть духовная нематериальная передышка от трудностей жизни». Она не первый раз вспомнила это выражение.
«Наверное, это – так!» – подумала Надежда, радуясь всему тому, что происходило вокруг, и самой себе. Затем все встали, немного погуляли по поляне, громко пели, читали стихи любимого всеми Сергея Есенина. Стало заметно смеркаться. Илья дал сигнал, что пора собираться в дорогу. На электричку воодушевленные студенты дошли легко, в сильной усталости никто не признавался. У Нади от непривычки болели икры и мышцы ног, но она старалась не думать об этом. Доехали до Москвы, как показалось, быстро. В поезде рассказывали анекдоты, Илья хохмил больше всех. Его девушка Маша понравилась Наде своей ненавязчивостью, скромностью и талантом. Она тоже на привале пела и играла на гитаре песни, причём, как потом оказалось, своего собственного сочинения.
Распрощавшись на Ярославском вокзале, многие побежали в метро. Кто-то пошёл пешком к троллейбусным остановкам. Станция метро «Комсомольская» была открыта не так давно, в 1952 году. Наде она очень нравилась. Её необыкновенная мозаика «Метростроевцы», выполненная на стене вестибюля, очень впечатляла её. Хотелось долго стоять перед панно, разглядывать подробно каждое вылепленное тело молодого рабочего или работницы, показывающих, как шла стройка первой линии метро. Лица рабочих светились улыбкой, несмотря на тяжелый труд под землёй. Они делали общее дело, так нужное людям!
Постояв, как всегда, у панно, Надежда, раскрасневшаяся и окрыленная, спустилась по лестнице к вагонам. Все ее мысли были заняты удачным походом, знакомством с новыми друзьями, предстоящей встречей с ними уже в институте на лекциях. Надя так замечталась, что не заметила, как кто-то осторожно взял её за локоть.
Она обернулась. Перед ней стоял парень, явно из их группы, с рюкзаком за плечами. Вроде она даже стала вспоминать его лицо, когда они сидели у костра. Но это был совсем не Юра.
– Тебе далеко ехать? – спокойно и дружелюбно спросил он. – Может, нам по пути?
Надя слегка обомлела. Взглянув на парня, краем глаза пытаясь рассмотреть его получше, она ответила:
