— Канарис все равно за вами долг. Это ведь вы прозевали французскую и русскую помощь Польше. А значит, из-за вас не только Вермахт, но мои Люфтваффе понесли такие тяжелые потери!
— Вы сгущаете краски, мой дорогой фельдмаршал. Судя по вашему собственному докладу Фюреру, все не так уж плохо. Из потерянной Люфтваффе тысячи самолетов, большая часть вернется в строй.
— Адмирал не прикидывайтесь наивным, это вам не идет. Вы прекрасно умеете читать между строк. Из тех шестисот машин, что сумеют восстановить на ремонтных базах и заводах, нормальным летным ресурсом будет обладать не больше сотни. Все остальное хлам, который придет в негодность после нескольких боевых вылетов. Так что за вами долг!
— По долгам я всегда расплачиваюсь, дорогой Геринг. Неужели вам мало того, что я вам передал по Франции, Голландии, Бельгии и Египту. Да и наш с вами Ровель уже не в первый раз докладывает, о том, что Франция снова в апатии. Сидят себе в обороне и не планируют ничего серьезного. Похоже, бритты в этот раз играют за нас. Как Вы думаете, не пора ли с ними заключить мир?
— Пусть об этом думает Фюрер. Мои "эксперты" пока ежедневно защищают побережье. И, судя их по докладам, британцы не очень торопятся сворачивать свои налеты. Они потеряли уже почти сотню своих "Уиттли" и "Веллингтонов", но все никак не успокоятся. Им нужно преподать хороший урок, и лишь потом вести переговоры!
— В этом вы правы. Бритты договариваются только с сильными противниками. Вспомним историю. С Вашингтоном они стали наводить мосты, только после того, как Корнуолиссу хорошенько надрали хвост…
— Но атаковать Британию, пока Франция не выведена из войны это глупость!
— И в этом я с вами соглашусь. Бритты ведь все равно пустят впереди себя "мясо по-французски". И судя по намекам Браухича, на этом театре нам придется дожидаться весны. А вот в Греции уже сейчас намечается нечто неожиданное. Похоже, Дуче облизывается на Элладу. Вот этого бритты ему точно не спустят.
— Дуче сделает большую глупость, если полезет туда. К тому же у лайми в Египте довольно сильный флот, но вот наземных войск маловато. Но для Германии воевать на два фронта, с дружественной страной, когда греки и без того колеблются. Пока они еще думают, кому глядеть в рот, нам или британцам. После атаки Дуче все их колебания закончатся…
— Тем важнее, стукнуть островитян по носу до того, как они смогут прийти на помощь своему союзнику…
— Меня больше волнует Франция. Они под боком, а не черте где. И вот им британцы могут помочь гораздо быстрее.
— Ну, дорогой Геринг, не забывайте, что британское могущество опирается на Индию. Поэтому, если Фюрер захочет поставить Британского Льва на колени, то без Суэца и Африки, это решение не будет надежным. А для ваших Люфтваффе на этом направлении имеется серьезное препятствие…
— И какое же?
— Мальта… Или вас совсем не волнует активность RAF с ее аэродромов?
— У вас что-то конкретное, Вильгельм, или вы снова лишь пробуете на мне свои зубы?
— Да как вам сказать, мой дорогой Геринг… Я пока задумался над возможностью применения "польских этажерок" против британского флота в Александрии и британских воздушных сил на Мальте. Если нам суждено заключить мир с Британской империей, то отсутствие сильного британского флота в Медитеррании, на мой взгляд, могло бы стать неплохим толчком к этому. Но, сами понимаете, что к гросадмиралу Редеру я с такими советами подходить не рискну. А вот Люфтваффе, таким успехом, вполне могло бы вернуть себе былую славу…
Геринг устремил свой задумчивый взгляд на отбивающегося от трех соперников "воздушного гладиатора". Дичь постоянно ускользала из ловушек, и сама довольно бодро атаковала своих противников. Канарис проследил за взглядом фельдмаршала, и неожиданно сменил тему своим новым вопросом…
— А это тот самый "золотистый Девуатин"?
— Да это он. Во внутренних отсеках кое-где даже остались следы золотистой окраски.
— А кто на нем сейчас летает?
— Это бывший командир того самого польского дивизиона "Сокол", сейчас отбивается от троих инструкторов нашей школы воздушного боя.
— Разве капитан Моровски здесь?!
— Нет, это обер-лейтенант Терновски, его преемник. Кстати, после словацкого плена, он, похоже, всерьез заинтересовался контрактом с Люфтваффе. Гм. Но только против русских.
— Вот как. Это интересно. Впрочем, нелюбовь к русским у поляков в крови. А каков его уровень?
— Эксперт, как и ваш Моровски, только с семью победами. И он работает над собой. Вот опять он их, глядите!
— Да-а… Нелегко вашим парням достанется эта учебная победа?
— Его мастерство выше среднего уровня. Плюс к тому, это довольно изобретательный пилот. Вот, такие, как он, чаще других становятся экспертами. Но сегодня у него мало шансов.
— Это почему?
— Приземляясь на словацкой территории, он подорвал самоликвидаторами оба ускорителя, а без них его "Девуатин" в вертикальном маневре сильно уступает нашим "мессерам".
— Понятно…Жаль, что целых ускорителей не досталось. Но будем надеяться, что германские инженеры смогут и сами превзойти польские успехи.
— Держите меня в курсе, если появится такая информация.
