— Стратегически важно, не просто изолировать польское националистическое подполье. Но и по возможности привлечь его к борьбе со странами Оси на нашей стороне. Пусть они ничего не знают об этом, главное чтобы работали эффективно. А тех, кто завербован британцами напрямую и не связан с нами, необходимо как можно быстрее опорочить в глазах не только их лондонских хозяев, но и всего польского народа. Подумайте над этим…
— Слушаюсь, товарищ Сталин. Планы операций я буду готов вам представить через два дня.
— Хорошо. Ещё подумайте, что там можно сделать с лидером этого их марионеточного "правительства в изгнании" генералом Сикорским, о котором нам сообщали еще в сентябре. Разберитесь, нужно ли вообще с ним что-то делать, или его выгоднее оставить в покое.
— Сделаем, товарищ Сталин.
— У вас все по полякам?
— Почти все. Основной упор мы сейчас делаем на борьбе с польскими подпольщиками на нашей территории. Но на эту работу уйдет много сил и времени.
— Силы у нашей страны есть, а вот времени не так уж и много. Поэтому работать вам нужно быстро и хорошо. Если какие-нибудь польские бандиты сумеют устроить на новой границе с Германией провокацию, то отвечать за это придется вам. Не забывайте об этом…
На следующий день все члены комиссии за исключением Жаворонкова и Коккинаки улетели в Москву. А тренировки Особой смешанной бригады продолжались. На воду садились и взлетали с нее поплавковые самолеты и летающие лодки. Личный состав отрабатывал упражнения и совершенствовал знания военно-технического греческого языка. Сезон штормов еще не начался. Поэтому командиры использовали для занятий каждый день…
Вильгельм стоял у машины и с интересом прислушивался к беседе инженеров. Пауля Шмидта сегодня с ними не было, но его коллега Дитрих вместе с Фрицем Гослау из "Аргус", и работающий у Вильгельма Мессершмитта, Александр Липпиш, внимательно наблюдали за довольно скромным представлением. Вот молодой техник, о чем-то рассказал стоящему чуть в стороне Пешке. Тот кивнул, отбежал на пару десятков шагов от аппарата, присев на колено, замкнул контакты на мотоциклетном аккумуляторе, и сразу же резко дернул и смотал провода. В этот момент, стоящий впереди него и порыкивающий своим маломощным моторчиком двухметровый "мотылек", оглушающе зазвенел на полном газу, и начал быстро разгоняться. Еще через несколько мгновений от пары небольших цилиндров, закрепленных на стыке тонкого крыла и фюзеляжа, раздалось шипение и полетели искры. Ближе к концу полосы хвост игрушечного аппарата уже полностью окутался дымом и искрами, и вот, наконец, и отрыв. Слегка покачиваясь, "мотылек" начал ускоряющийся набор высоты. А когда огненные факелы выровнялись, аппарат встал почти вертикально и быстро пропал из глаз наблюдателей в хмуром октябрьском небе…
— Не крутите головой, коллега, Гюнтер. Вон унтер-шарфюрер уже снял трубку, я уверен, что парашют нормально раскрылся, и скоро мы обо всем узнаем.
— И какую, по-вашему, высоту успел набрать этот "сверчок"?
— На глаз, не меньше четырех километров…
— Думаю, не меньше пяти с половиной, ведь его факел перестал быть виден намного раньше. Но лучше давайте подождем, что там покажут приборы. А Пешке, зачем-то направился к ангару…
— Гм. Господа. Ну и что вы можете сказать о способностях самого изобретателя?
— На мой взгляд, пока рано делать далеко идущие выводы. Инженерное чутье у мальчишки, безусловно, имеется. Я это понял еще на испытаниях его "макета" в трубе в Аугсбурге. Перекомпоновка "птичке", практически не потребовалось, да и взлетела она с первой попытки. Но всего этого, увы, недостаточно для достижения серьезных результатов в столь новом деле. Это лишь начало пути…
— В вас говорит ревность, уважаемый герр Гослау.
— Отнюдь, мой дорогой Дитрих. Ваши с герром Шмидтом успехи по "Пульсару", уже в скором времени сулят нам куда более серьезные перспективы. К тому же сам Пешке слишком торопится, и впопыхах использует паллиатив, а это путь в никуда…
— Это вы о том, что в качестве платформы для предварительных испытаний он, вместо доводки своего мотора для нормальных аппаратов, взял нашу летающую мишень AS-292, и порошковые ракеты "Рейн-Металл Борзиг"?
— Не только об этом. Он ведь предлагает брать готовые "летающие крылья", вроде "Гота- 147" и "Хортен-V С" и проводить опыты с ними (благо RLM будет радо пристроить этих страдальцев). Время это, конечно, ему экономит, но зато в случае серьезной неудачи, сама концепция самолето-ракеты может быть скомпрометирована. Не только его концепция, но и наши тоже. Вот что мне не нравится!
— Полноте господа! Американец ведь уже летал в Польше на "Девуатине" со своими ускорителями. Кстати, мы в DFS ведь тоже брали то, что было под рукой, так что с уверенностью скажу, это и есть "ключ к успеху". Либо ждать от RLM чуда, а техническая комиссия и лично герр Мильх в чудесах пока не замечены. Либо преодолевать этот подъем ступенька за ступенькой…
— Ну и что нового в работах этого Пешке?! Все это уже было, и лишь повторяет опыты 28-го года…
