В своих бумагах Антон Иванович не обмолвился по этому поводу ни словом. Не пожелал он также беседовать на эту тему с осаждавшими его газетными корреспондентами, которые сухо отметили это обстоятельство заметкой: "Генерал Деникин никого не принимает". Но причин могло быть несколько. Несмотря на все изгибы судьбы, имя генерала Деникина пользовалось большим уважением в широких кругах эмиграции, к его мнению прислушивались. А отношение его к коммунизму оставалось непримиримым. Захват такого противника в принципе соответствовал желанию советской власти, ведь похищение Деникина одновременно с похищением Миллера внесло бы невероятное смятение в ряды эмиграции. Неизбежно явилось бы ощущение, что Москва и за пределами СССР распоряжается судьбой своих политических противников, как у себя дома. Но возможно, что имелась и более существенная причина: Деникин давно уже скептически относился к Скоблину и после исчезновения генерала Миллера он не допустил бы его в Общевойсковом союзе на руководящие посты. Он был преградой, о которую могли разбиться честолюбивые замыслы советского агента и провокатора Скоблина. Кроме того, Деникин очень многое знал.
Но мысли Антона Ивановича о том, что с ним могло случиться меркли перед тем, что произошло... А в душе кипело невыразимо гадливое чувство отвращения к подлости человека, павшего в бездну Иуды Искариота, Азефа и других предателей, продавших свою совесть за тридцать сребреников.
До суда Плевицкая провела более 14 месяцев в предварительном заключении в женской тюрьме "Петит Рокетт". Судебный процесс над ней, привлекший внимание всей Франции, начался 5 декабря 1938 года. Одним из двух ее адвокатов был Максимилиан Максимилианович Филоненко, тот самый, который в августе 1917 года, будучи комиссаром Временного правительства при Ставке Верховного Главнокомандующего в Могилеве и принимая участие в Корниловском мятеже, заявил потом в беседе с журналистами: "Я люблю и уважаю генерала Корнилова.., но его нужно расстрелять, и я сниму шляпу перед его могилой..."После захвата власти большевиками Филоненко перебрался в Париж и получил право адвокатской практики во Франции.
Представителями гражданского иска, то есть адвокатами семьи генерала Миллера, были: известный Морис Рибэ и А. Н. Стрельников, в прошлом офицер белой армии.
Генерала Деникина вызвали в суд для свидетельских показаний. Его допрос был подробно описан 10 декабря 1938 года в парижской газете "Последние новости", выходившей под редакцией профессора П. Н. Милюкова:
"Появление генерала А. И. Деникина вызывает сенсацию. С любопытством поднимаются головы, чтобы разглядеть бывшего Главнокомандующего Вооруженными Силами Юга России. Генерал медленной поступью проходит через зал и занимает свидетельское место. Свое показание он дает по-русски, через переводчика, короткими и точными фразами. Достоинство, с которым он держится, прямота и ясность ответов производят большое впечатление на суд.
На обычный вопрос о том, состоит ли свидетель в родстве или свойстве с обвиняемой, генерал А. И. Деникин отвечает: "Бог спас!"
О похищении генерала Кутепова и генерала Миллера свидетель знает "не больше других".
Председатель: Знали ли вы Скоблина?
Ген. Деникин: Знал. Скоблин с первых дней участвовал в Добровольческой армии, которой я командовал.
- Знали ли вы его в Париже?
- Встречался в военных собраниях, но никогда не разговаривал и не здоровался.
- Знали ли вы Плевицкую?
- Никогда не был знаком, не посещал ее дома, не разговаривал и даже ни на одном концерте ее не был. За несколько дней до похищения генерала Миллера Скоблин познакомил меня с ней на корниловском банкете.
Прокурор Флаш: Скоблин был у вас с визитом 22 сентября? Ген. Деникин: Скоблин, капитан Григуль и полковник Трошин приехали благодарить меня за участие в корниловском банкете. В то время генерал Миллер был уже похищен.
- Не предлагал ли вам Скоблин совершить в его автомобиле путешествие в Брюссель, на корниловский праздник?
- Предлагал раньше два раза совершить поездку в его автомобиле, то было третье предложение.
- Почему вы отказались?
- Я всегда... вернее, с 1927 года подозревал его в болыпевизанстве.
- Вы его опасались или ее?
- Обоим не доверял.
Морис Рибэ напоминает суду, что генерал А. И. Деникин был начальником штаба Верховного Главнокомандующего в 1917 году.
...........................................................................
........................................................
М. М. Филоненко: Вы убеждены, что Скоблин был советским агентом, но доказательств не имеете?
Ген. Деникин: Да.
- Знаете ли точно, что Плевицкая была сообщницей в похищении генерала Миллера?
- Нет.
- Думаете ли, что она знала заранее о преступлении?
- Убежден.
Стороны отказываются от дальнейших вопросов, и суд отпускает свидетеля".
