- Можно, - голос растерянный. Потом интонация меняется. Теплеет. - Я приеду послезавтра, утром. Как договаривались. На несколько дней. Будешь ждать меня?
- Куда я денусь. Конечно.
Ему приносят заказ. То самое заковыристое оказалось вполне нормальным на вид десертом, возможно даже - съедобным. Сейчас проверим. Улыбается официантке, отпивает кофе. Ему полегчало.
________
- Темыч?
- Угу...
- Еще дрыхнешь?
- Нет, уже встал.
Врет, на самом деле. Телефонный звонок Макса его разбудил. Но, если нужно, он будет готов в полчаса.
- Что, просохли наши красавчики?
- Очень частично. Только девки, да и то не все. Но одна особо активная рвется в бой.
- Маша ей в помощь.
- Она не хочет Машу. Она хочет тебя, раз уж ты свободен. Артем, ну ты ж справишься с ней... Покатай девушку, тебе ведь не сложно? Ты ж понимаешь, клиент всегда прав.
- Понимаю, - зевает. - Полчаса у меня есть?
- Думаю, у тебя есть час, - ржет Макс. - Как только я скажу Ленке, что ты согласен... Думаю, ей понадобится время, чтобы подготовиться к встрече с гидом своей мечты.
- Смешно тебе, - вяло огрызается Литвинский. Голова спросонья нифига не работает. Надо в душ, и, желательно, холодный. Чтобы проснуться.
____________
Лена во всем новом, с иголочки. Ослепительно-белая курточка Lacroix со стразами и меховой опушкой на капюшоне, как же без этого? Обтягивающие брючки, тоже белые. Вообще, по мнению Литвинского, белую горнолыжную одежду покупают только самоубийцы - не видно ж человека на снежном склоне. Но, видимо, в данном конкретном случае, жажда красоты пересилила доводы разума. Конкретно пересилила. Накрашена Лена так, словно собралась в ночной клуб, а не на склон. Впрочем, до ее лица Литвину дела не было. Но она ж и кататься не умела, ну совершенно. Его слов и объяснений не слушала, пищала, верещала, цеплялась в него мертвой хваткой. Пару раз умудрилась уронить весящего раза в два больше ее Литвинского, хорошо хоть без последствий, не считая пары миллионов убитых нервных клеток гида. Давно он с такими не работал, ох, давно, отвык. Ну, совершенно безнадежный случай. Вот же удружил Макс...
- Артееееем... Я устала! Пойдем, выпьем глинтвейна?
- Хорошо, - он успел прийти к выводу, что с Леной лучше не спорить. Хочет в кафе - пойдем в кафе. Себе дешевле. Цели научиться кататься это передержанное в перекиси и солярии чудо явно не ставило, поэтому у Литвина один выход - улыбаться и ждать, когда Лене надоест. Он еще придумает, как отомстить Полякову. Безусловно, деньги не пахнут. Но не настолько же...
- Артем, ты давно катаешься?
- Что? - он отвлекся на созерцание пары дивно красивых Stockli Stormrider. Титаналовый "топшит", про-модель Доминика Перре, если он не ошибается, выпускалась только один год в таком дизайне. Редкая модель, красивая. - Извини, Лен. Повтори, пожалуйста.
Лена капризно надувает перламутрово-розовые губы. Потом все же передумывает обижаться.
- Куда ты так смотришь?
- Да вон лыжи стоят. Редкая модель.
Лена бросает равнодушный взгляд в сторону стойки с лыжами.
- Они дорогие?
- Ну... прилично стоят.
- Дороже моих? - ревниво интересуется девушка.
- Я точно не знаю, - дипломатично пытается уйти от ответа Литвин. Вот же детский сад!
Лена задумчиво помешивает соломинкой глинтвейн. Расчетливый взгляд на Артема. Литвинский отвечает ей предельно невинным взглядом.
- Артееееем... Пойдем в гостинцу.
Уфффф, наконец-то!
- Тебя проводить до гостиницы?
- Можно даже... до номера.
- До номера?
- Мой... Вова... уехал до вечера. В соседний городок, у него там встреча с кем-то... Дела, типа и все такое... Так что... мой номер в нашем распоряжении...
- В нашем?!
- В нашем, - она берет его за руку, дополняя жест взглядом коварной искусительницы, который, видимо, был долго и тщательно репетируем перед зеркалом. Как и облизывание губ. Литвина передергивает. Что ж за напасть-то такая?!
Резко убирает руку.
- Лен, ты, может быть, чего-то недопонимаешь? Так я тебе сейчас объясню! Я - гид. В мои обязанности входит... - он начинает демонстративно загибать пальцы, - научить тебя кататься. Если ты сама хочешь, конечно. Сопровождать тебя на подъемниках, при переходах с трассу на трассу. Даже в кафе с тобой сижу, как видишь. Могу тебя пофотографировать, поснимать видео. Могу твои лыжи дотащить до гостиницы. Но это - все! За всем остальным иди на... к Вове!
- Я что... - Лена неверяще хлопает густо накрашенными ресницами, - тебе не нравлюсь?!
- Нет, - отрицательно качает головой. Надо бы смягчить ответ, но она его конкретно достала за этот день. Редкой непроходимой тупизны экземпляр - Ни капельки.
Лена кипит. Пыхтит, кусает губы, нанося урон своей "неземной красоте".
- Ах, ты... Я тогда... Я скажу Вове, что ты ко мне приставал!
Литвин не выдерживает и фыркает. Это даже не детский сад. Это ясли!
- Да! И еще я скажу... что ты пытался меня... изнасиловать!!!
Давно его так не веселили. Он смеялся так, что слезы выступили. Лена смотрела на его веселье, кипя от негодования.
- Тебе конец, Артемчик!
- Ох, Лена, Лена, - качает головой. - Неужели ты думаешь, что твой Вова тебе поверит?
- Он меня любит!
