Тихо в лесу. Изредка налетит легкий ветерок, пошумит в кронах высоких сосен – и снова тишина. Слышно, как где-то далеко бормочут косачи: словно ручей журчит. Мышь пискнула, юркнув в кучу сухой листвы. Сойка прилетела, уселась на ветку совсем рядом. Поблескивая черными бусинками глаз, с любопытством принялась изучать незнакомый объект. Я шевельнул стволом, и она, оглашая окрестности паническим криком, унеслась прочь.
Отдалившийся было гон, стремительно приближается. Собаки нажимают, заяц вот-вот выскочит. Поглядываю по сторонам: где же он, неужели пропустил?
Чуть слышно щелкнула сбоку сломанная сухая веточка. Быстро поворачиваю голову. Белый-белый зверек на фоне пожухлой травы идет размашистыми прыжками.
Потихоньку поднимаю курки, прицеливаюсь, жму на спуск. Приклад бьет в плечо, и под грохот ружейного выстрела вижу, как заяц, словно споткнувшись, летит через голову.
Остановившись у ручья, разжигаем костер, кипятим чай. Жаркое пламя жадно лижет сухие ветки, булькает вода в котелке, жмурятся на низкое осеннее солнце, уставшие собаки.
Откуда-то из поднебесья слышатся нежные, протяжные звуки, словно кто-то играет на флейте. Прямо над нами белой, прерывистой нитью летят лебеди. И мы уже знаем – завтра будет снег.
