Выигрыш составлял десять рублей мелочью. Это был супервыигрыш. На памяти господина Хиронаги и его помощника никому еще ни разу не удавалось распотрошить этот автомат на такую сумму. Тем более при минимальной двухкопеечной ставке.
- Я заплатил? - спросил Крестоносец.
Господин Хиронага потрясенно кивнул.
Раб Божий Федор подошел к подносу с монетами, взял обратно свои две копейки. И направился к дверям.
- Постой, - крикнул ему господин Хиронага. - Как ты сделал? Ты колдун?
- Ну уж нет, - обернулся Крестоносец. - Я раб Божий.
- Ты - сильный человек? - Господин Хиронага подошел к нему, искательно заглядывая в глаза. - Ты все можешь, да? Скажи - да?
- Эх вы, язычники, - вздохнул раб Божий Федор. - Ну какой я тебе сильный человек? Это ж цифирь обыкновенная. Из буковок слова нужные слагаются, из циферок - чиселки. Понимаешь?
- Понимаю, понимаю, - силясь уразуметь, закивал японец. - Ты хозяин над циферами, так?
- Ничего ты не понимаешь, темная твоя душа. Ну при чем тут вообще я? Числа всего-навсего низший элемент природы, им ли не быть в покорности у людей? Еще большей, чем животные, которых Бог дал нам в служение. Ну вот у тебя есть скотина какая ни то? Нету? А вот если б была, слушалась бы тебя, знала б голос твой и повадки все твои.
- Открой тайну, - попросил господин Хиронага, заискивающе улыбаясь и хватая раба Божия за рукав.
Крестоносец почесал в голове.
- Тайну, говоришь? - и усмехнулся. - А за тайну, мил человек, твоя очередь платить.
Господин Хиронага щелкнул пальцами своему помощнику, и тот подтащил к рабу Божию тяжело нагруженный монетами поднос.
- Бери! - щедро сказал японец.
Раб Божий на поднос и не взглянул.
- Нет. Зачем мне деньги? Числа дадут их мне, когда нужно. - Усмешка перешла в улыбку. - А отдай-ка ты мне за мою тайну блудниц своих!
Господин Хиронага моргнул.
- Что такое блудниц?
Распорядитель подвинулся к нему и зашептал на ухо.
- Они ведь тебе принадлежат? - спросил раб Божий. - Ты им хозяин, как у вас, у язычников, заведено?
- Хозяин, я хозяин, - закивал господин Хиронага.
- Ну вот и отдай их мне.
- Всех-всех? - жадничал японец.
- Всех. Двенадцать душ, ни одной меньше.
Господин Хиронага подумал. Посмотрел на помощника, на подслушивающих официанток, на выпотрошенный автомат. И махнул рукой.
- Бери! Давай тайну!
- Ну, значит, так, - сказал Крестоносец и обратился к распорядителю: - Пока я тут говорю с твоим хозяином, чтоб все девицы собрали свои пожитки и ждали меня у выхода. И составь мне список с именами. На все даю пятнадцать минут.
Худышка- коротышка с каменным выражением лица поклонился и ушмыгнул прочь. Хиронага потянул раба Божия из ресторации в свой кабинет.
Пробыли они там действительно не больше пятнадцати минут.
Раб Божий вышел из кабинета один. Взвалил снова торбу на спину и, провожаемый сердитым взглядом распорядителя, двинулся к выходу. Там у дверей жались кучкой женщины с вытянутыми от непонимания личиками. Свои расфуфыренные платья они сменили на простые широкие штаны и блузы, подпоясанные кушаками. Сверху были надеты короткие кафтанчики на меху. За спиной у каждой болтался рюкзачок и длинный меч в ножнах.
Раб Божий Федор оглядел всю честную компанию и сказал краткое наставительное слово:
- Ну, барышни, теперь вы свободные женщины. Покамест будете под моим приглядом, потом уж как выйдет. Буду я с вами строг, но справедлив. Железяки ваши нам ни к чему, но если они вам дороги, разрешаю оставить при себе. Только не махать ими почем зря.
Японец- распорядитель сунул ему в руку список, напоследок косо зыркнул на уже неподвластных ему гейш и убрался восвояси.
Раб Божий развернул бумажку и начал читать:
- Сумико. Танабе. Нобуки. Ихиро…
Девушки по одной выходили вперед, отзываясь на имя.
- …Сэцуко. Есико. Юми. Тэцу. Миеко. Митио. Хурико. Ега.
Раб Божий Федор особенно внимательно посмотрел на последнюю девушку.
- И кто ж тебя так назвал-то, девонька? Вроде не страшная, а Ягой кличешься.
Ега потупила глаза и не ответила.
- Ну, за мной, барышни.
Крестоносец вышел на улицу.
- С тех пор хозяин не выходит из своих комнат, - грустно закончил повествование молодой японец. - Сначала еду ему приносил Югури-сан. Никого другого хозяин не впускал. А потом Югури-сан уехал на Хонсю, и теперь я оставляю еду для хозяина под дверью. Больше некому.
- А ты знаешь, что за тайну сказал твоему хозяину тот человек? - спросил Мурманцев, изнывая от внутреннего смеха.
