— Я не специалист по космической технике. Да, судя по всему, это автоматические спутники. Но пока что не вижу ни одной оружейной компоненты. Ни лазерных прицельных установок, ни ракетного отсека. Зато узнаю сканеры биологической активности, детекторы радиации. Вот это — явно оптический дальномер. Аппарат скорее похож на исследовательский спутник. Сбор данных об атмосфере, геологии… О таких я читал в добедовых трудах по исследованию планет Солнечной Системы.
— А может быть, спутник-шпион?
— Ну, может быть и шпион. Только зачем шпиону механизм забора грунта? Вот эта часть явно на него похоже. Потом грунт перемещается в исследовательский отсек, вот сюда… Вот эта часть… Вообще не понимаю.
— Что это?
— О, я эти вещи знаю наизусть, это элементы добедовых клонаторов. Да ещё в превосходном состоянии.
— То есть это не оружие?
— Скорее всего нет. Это…
Стены ангара затряслись от громогласного рыка Дель Фина:
— Это называется межпланетный зонд, имбециль! А ещё профессор!
Я даже не услышала выстрела.
Смех Дель Фина, искажённый многократным искусственным эхом, оглушал. Только увидела, как профессор завёл руку за спину, будто хотел почесать лопатку. Сказал что-то неразборчивое в радиоэфир и провалился внутрь раскрытого зонда.
Голос Дель Фина, прерываемый аплодисментами, звучал отовсюду. Спрятавшись за один зонд, я пыталась определить источник звука. Патронов в рожке автомата осталось лишь на пару десятков выстрелов. Поэтому хотелось стрелять наверняка.
— Хватит прятаться! Ты последний в мире генотип вашего рода! Оригинал наконец-то удалён с планеты! Ха-ха!
— Ты врёшь, — не вытерпела я.
— Негряне не врут! Твоему эскадрону конец! Их всех перестреляли мои воины! Но тебя я хочу помиловать! Монарх Нового Человечества должен показывать беспредельный гнев по отношению к строптивым, но запредельную милость к заблудившимся и обманутым! Жизель! Я настрою тебя на Любовь и Свет!
Я перебежала за другой зонд:
— Понятно, почему австралийцы всё время держали тебя взаперти. Ты же рехнулся окончательно.
— Только из-за того, что ты спасла когда-то жизнь Монарха Нового Человечества, я пропускаю эти слова мимо своего слуха!
Я продолжала двигаться перебежками от зонда к зонду. Дель Фин так и не обнаружился. Зато сразу в нескольких концах комнаты появились австралийцы. Некоторые из них прихрамывали. Одного тяжело раненного положили в угол, прежде чем начать прочёсывать помещение в поисках меня. Потрёпанный вид австралийцев, к сожалению, подтверждал слова Дель Фина. Неужели Эскадрон проиграл бой у баррикады?
А Дель Фин продолжал громыхать, постоянно меняя звуковые эффекты, подчёркивая одни части слов, усиливая другие:
— Я сделаю тебя Избранной! Мы ВМЕСТЕ войдём в раскрытые
Австралийцы приближались не стреляя. Твины автоматически ведут подсчёт выстрелов противника и предсказывают не только время ближайшей перезарядки, но и расход вражеского боекомплекта в зависимости от скорости стрельбы. А учитывая, что твины постоянно обмениваются данными друг с другом, то австралийцы знали точное количество патронов в рожке моего автомата.
Австралийцы сомкнули круг. Дель Фин понукал:
— Вперёд, Воины Света! Нам пора
— Да заткнись ты уже, — крикнула я.
Истратила все патроны на ближайшего австралийца. Во второго бросила бесполезный уже автомат. Приготовилась к рукопашной, которая, впрочем, завершилась секунд за пять — австралийцы повалили меня на пол и закрутили руки за спину.
Глава 96. shutdown -a
Меня провели по коридорам, продолжая выкручивать руки. Впереди группы шагал Дель Фин. На груди у него висел динамик, спроектированный, судя по сложности и мощности, при помощи конструктора на сабжект-принтере. Оправлен динамик в блестящий корпус, примотан к телу золотыми цепями. На плечи Дель Фин накинул мантию с изображением планеты Земля, но без привычных пятен Неудоби. Так, как её изображали добедовые люди.
Дель Фин без умолку транслировал:
— Все должны пРиНяТь
В перерывах между словами он добавлял звуковые отрезки: то восторженный рёв толпы, то аплодисменты, то одобрительный смех с выкриками «Браво!»
Вошли в лифт. С меня сняли шлем скафандра. В этих отсеках воздух был фильтрованным. В тесном пространстве громкость звука динамика стала особенно невыносимой. А Дель Фин с улыбкой глядел на меня и орал, ревел, верещал…. Аудиопытка радовала его. Сам-то наверняка регулировал твина, отсекая слишком громкие звуки.
— Убей уже меня, — вяло попросила я. — Сил нет слушать твой голос.
— Это голос твоего Монарха! — взревел Дель Фин. — На колени! Все на колени перед Монархом Человечества!
На удивление покорно австралийцы повалились на пол, потянув меня за собой. Простояли так всё время, пока лифт не открылся и Дель Фин милостиво разрешил всем встать и выйти.
