Мы были в каком-то странном кафе – абажуры, индийский стиль, кофе с кардамоном, никого, мы сидели и целовались. Так странно целоваться в таком возрасте. Ха. Какой там возраст. Но мне в юности все женщины старше двадцати казались глубокими старухами. Ну хорошо, старше двадцати пяти. Я помню нашу учительницу русского языка. Ей было тридцать пять, о чем мы внезапно узнали и долго перешептывались по углам. У нее было старое морщинистое лицо и такие же руки. А потом она однажды пришла в красивом платье. И вдруг оказалось, что у нее нежная и красивая кожа, а руки – выше кистей – белые, красивые и молодые. И вдруг стало понятно, что она может заниматься сексом, и вовсе не старая старуха с идиотскими домашними заданиями, как мы думали, а молодая женщина. Когда я смотрю в зеркало, я вспоминаю про нее. Я вижу свои морщины, гусиные лапки, натянувшуюся кожу под подбородком – две тонкие напряженные струны, и думаю – как же в таком возрасте можно целоваться? А оказывается, отлично можно. Как будто не прошло двадцать… Ну хорошо, десять лет с тех пор, как я целовалась с кем-то в последний раз. Муж не считается. Мужья, как пишет одна известная блоггерша, вовсе не для этого. А чтоб было кому очередь держать, пока ты в туалет отлучился.
Сколько угодно я могу гнать на Вовку, говорить, что он мерзавец, негодяй и алкаш, но он пока еще ни разу меня не подвел. Или подвел, а я забыла? Или скажем так. Если, конечно, я прошу его не пить перед приходом родственников, или когда мы идем в гости к моей маме, то он, конечно, пьет. Я не знаю, какой механизм тут работает. Видимо, лучше ни о чем не просить. Просьба вызывает чувство противоречия и желание нажраться. Такое же, как когда он видит свою мамочку. Впрочем, когда я ее вижу, желание нажраться возникает даже у меня, при всей моей любви к человечеству и свекрови в частности.
Но я отвлеклась от поцелуев. Говорю же – два мира, два детства. Дом и быт и любовник с поцелуями. Ой. Не любовник. Пока еще не любовник.
***
(расшифровка аудиозаписи)
Привет, Любка!
Кажется, мы уже скоро вернемся. Я не помню, на какое число Иваныч купил билеты. Избавлю тебя от Сашуни. Представляю себе, как она тебя достала за это время. Но пока у нас в планах съездить в Берлин и в Дрезден. От Машеньки Дрезден совсем рядом, сорок минут на электричке. Или час. А от Дрездена и до Берлина рукой подать. Очень хочется съездить.
А пока мы в Теплицах. Ходили в лазни, принимали минеральные ванны. Там есть шикарные Императорские лазни, настоящий дворец. Оказывается, чтобы принять термальную ванну, надо вначале записаться. И нас записали на четыре часа. И мы с Иванычем пошли. Причем когда мы пришли, я сказала сестричке, что я плохо вижу и мне нужно сопровождение. И сестричка, ты представляешь? – не моргнув глазом, сопроводила меня в эту самую лазню, то есть термалку, то есть ванну. А ванна была утоплена в пол, а еще сестричка надела на меня резиновый ошейник, чтобы я не утонула.
Ванна широкая и длинная, но неглубокая. Там две ступеньки под водой. Я там плескалась 20 минут, пыталась ощутить лечебный эффект. Воду я попробовала на вкус. Вкуса не было. Лечебного эффекта тоже. Но вот ощущение значимости происходящего!
Когда время закончилось, милая сестричка явилась снова. Она накинула на меня огроменную простыню и поволокла к кушетке. Но там не было моей одежды! Я в панике решила, что ошиблась в параметрах ванной комнаты, рванула дальше… И чуть не вылетела в коридор с голой жопой. Как мы ржали с этой чешкой! Оказывается, она должна была уложить меня на кушетку, предварительно закутав меня в одеяло.
Что тебе сказать? Думаю, что если принимать такие ванны в течение десяти лет, то есть шанс, что ухудшения не будет. Все остальное можно купить и у нас и, может быть, дешевле. Жемчужные ванны, иглоукалывание, массаж горячими камнями и травяными мешочками, тайский массаж и прочие соляные пещеры. О, как я все это хочу! Приеду – мы с тобой обязательно сходим куда-нибудь. На массаж. Да, это очередной мой план, не удивляйся и не возражай. Еще я хочу сделать ногти. Маникюр типа «зашибись». И тебе домашнее задание – подумай, где мы его можем сделать. Очень хочу! У меня никогда не было маникюра.
Целую.
Пиши.
***
Я приехала домой. Дома были мама и тетя Клавдя. Мы встретились с Николаем, а потом приехал Иннокентий. И мы с Николаем уже не встречались, только по телефону общались.
И я сказала Иннокентию: "Будем разводиться". А Иннокентий бутылку вина поставил, все для ужина приготовил. Но я с ним сидеть не стала, убежала на улицу. Он за мной гонится, я вприскочь. Вошла в милицию. В милиции объяснила все, рассказала, что такие дела. Он туда не зашел. И я убежала к Коле в часть. Про дырку в заборе я помнила.
Потом подала заявление на развод.
Через какое-то время нас развели.
