Белый силуэт полностью

Мила почувствовала слабый удар тока в груди, отчего глаза увидели проблеск света. Спокойно вздохнула и отвела взгляд на белую стену, не зная, что ответить. Если бы не он, тогда бы и мама была жива, но всё произошло, как произошло. Но месть ничего не принесла, если только не забрала ещё больше.

Полкан продолжает:

— Кровь Моира нельзя допустить чьим-либо рукам. Тогда в Катаджи я убил Дею, чтобы Дисперс её не забрали. Поверь я знаю, что так было лучше, и Леокед знает.

Мила сжала пальцы в кулаки.

— Да ты просто мстил, — она посмотрела ему в глаза: — Разве тебе стало легче?

— Легче вряд ли когда-нибудь будет.

— Как и Лиаре.

— Дисперс наверняка знают всю правду, так что…

— Не так что! Я видела её в тот день, её глаза вовсе были другими. Думаешь я буду её ненавидеть если её отец козёл?! — Она привстала. — Или может ей стоит и меня ненавидеть?

Полкан открыл рот от неожиданности, будто из саркофага вылез. Он не проронил ни слова. Просто смотрел страдающими глазами на дочь.

Мила вновь присела на кушетку, положила палку на колени.

— Я не хочу, чтобы ты охотился за ней. Не надо, — она покачала своей головой, тщательно обдумывая свои мысли. — Разве можно убивать человека, потому что он родился другим? — Повернула к нему голову: — Майрин же сможет помочь ей?

— Может и сможет.

— Не очень убедительно сказано.

— Может быть. Я бы по крайней мере не пытался бы помочь. Но если Дисперс получит её, Лоидс приобретёт слишком большую силу, даже для них самих. Разве одна жизнь стоит жизни миллионов?

— Разные выходы есть на белом фоне, просто белую дверь сложнее заметить.

— Хех, так бы сказал Леокед.

Мила вновь прикоснулась к его рукам, проверяя замотанные бинты.

— А если бы ты тоже погиб… вслед за мамой… — Она подняла опечаленную голову. — Можешь не отвечать, я ведь сама подвергаюсь опасностям. Но ты научил меня привыкать к ним.

— Мила…

Скрип двери. В палату зашла женщина с чёлкой на половину лица. У неё были перебинтованные руки и пальцы, на плече подплечная сумочка. Дауфраковская одежда, имеющая знак серого волка, выделялась ярче всего. Лицо гостя обомлело, бровь приподнялась выше виска. Явно не ожидала такого.

Мила также приподняла бровь.

— Видно, я что-то не знаю, — прищурилась Мила. Отец только хлопнул веками. — И видимо, ты мне потом всё объяснишь?

Он снова хлопнул веками.

Мила облокотилась о трость и поковыляла к выходу. Её очень не радовало, что она сейчас снова встретится со ступеньками. Благо, что хоть спускаться придётся. Лестница вновь примет поражение!

— Предпочитаешь молоденьких? — заговорила Неолла, продолжая хмурится.

— Она моя дочь.

— Честно, я не знала, как она выглядит.

Неолла подошла к столику и начала выкладывать из сумочки яблоки. Раскрыв чистую тряпку, она начала разрезать их ножом.

— Ты откуда их достала?

— Торговцы, Пол, торговцы. А вообще-то — это очень полезно.

— Скажешь тоже.

Неолла подсела к нему на кровать и дала кусочек яблочка, как ребёнку. Это Полкану не слишком нравилось, но что поделать, когда каждое движение превращалось в мгновенную и долгую боль.

— Тебе ещё повезло, что ты жив остался. А вот катаджи и резамцам не слишком повезло. Самых опасных и свирепых вешают. И так будет продолжаться несколько дней, может даже сам увидишь.

Полкан хрустнул яблоком во рту, наслаждаясь кисло-сладким привкусом.

— Пожалуй, лучше отлежусь.

Она улыбнулась, наблюдая за ним.

— Знаешь, кто сейчас занимается администрацией города?

— Нет.

— Сам Этельтиарн Базиль.

— Член Императорского Совета? Не думал, что Илиодор и с ним договорился.

Полкан не собирался отлёживаться в больнице и с трудом вышел на улицу. Теперь он понимал все неудобства трости. Но благо уже легче, как и Миле.

Быстро всё меняется.

Прекрасный город, который построен благими руками, было уже не узнать. Даже если половина разрушена врагами — в большой степени и он сам — всё равно скоро будет восстановлен. Люди повсюду перебегали, перенося различные тяжести в руках: камни, дерево, обломки. Их одежда полностью покрыта пылью, повезло им, что броню разрешили снять.

«И так всегда. Только без гражданских».

Некоторые вот только-только потушили огонь в зданиях, где будет ещё долго горячо. Солдаты носили воду, заливали горячие места. Другие группы собирали обломки и вытаскивали трупы из-под них, а еще и некоторых живых.

«Быстро административная жизнь наладилась. Неудивительно от администратора Совета. Скорее всего люди успели унести с собой архивы до катаджи: кто кому должен, откуда что брать, кто кому поставляет товары».

На местах парков были завалены обгоревшими трупами, другие участки завалены мусором, до большинства деревьев пожар не дошёл, но ветки надломлены, а в водоёмах скопилась грязь и кровь, превращая их в гадкое болото. По другую сторону здания уже не слишком разрушены, но сильно с обугленными стенами.

А если пойти к площади, то там наверняка много народа перебирают обломки и вытаскивают людей. Там, где Полкан обрушил всю мощь на катаджи и резамцев.

Южная часть Альгисти поглотило разрушение, — искалеченная земля, что так строили Одольф и Герох.