Никита отъехал от поворота с трассы метров на триста, когда с бокового ответвления, идущего к строящемуся коттеджному поселку, выкатилась какая-то странная машина, что-то из строительной техники неизвестного Никите назначения, и перегородила дорогу. Никита, надеясь, что загадочный агрегат сейчас развернётся и уедет, скинул скорость, но машина и не думала уезжать. Никита раздраженно посигналил, но почти в ту же секунду увидел в зеркале заднего вида, что съехавший вслед за ним с трассы большой фургон останавливается и разворачивается, отрезая путь назад.
Никита ударил по тормозам. Он попался! Вот так просто.
Он сжал руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. Никита выдохнул, отпустил руль и нажал на кнопку блокировки дверей. Это его не спасёт, разве что даст немного времени… И его не могут зажимать тут вечно — машины постоянно идут и в ту, и в другую сторону; кто-нибудь проедет и заметит, что дорога заблокирована.
На всякий случай Никита достал из кармана телефон и сжал в руке.
Из фургона выпрыгнул Андрей и пошёл к «ауди» Никиты, выглядевшей красивой и беспомощной игрушкой на фоне двух больших машин. Они могли съехаться и расплющить её блестящий белый корпус так же легко, как яичную скорлупу.
Андрей подёргал водительскую дверь. Никита внутри только развёл руками и указал на мобильник:
— Я вызову полицию, — крикнул он.
Голос Андрея из-за стекла звучал глухо и тихо:
— Давай поговорим!
Никита затряс головой:
— Я был не прав. Даже два раза, а может, и больше. Извини, я не должен был так делать. Я был немного… того… не в себе, — он опустил глаза и добавил: — Но из машины я не выйду.
Андрей, опершись рукой о крышу, наклонился к самому окну:
— Ты что, боишься, что я… — Андрей нахмурился. — Что я бить тебя буду?
Никита указал сначала на машину впереди своей, а затем на стоявшую позади:
— А как я должен всё это понимать?
— Ты не отвечал на звонки.
— И так всё понятно. О чём нам разговаривать?
Андрей вздохнул, покачал головой и пошёл в сторону фургона. Никита отёр с висков выступивший пот. Что тут вообще происходит? Неужели всё? Или нет?
Всё-таки нет… Андрей вернулся. В руках у него были какие-то бумажки. Он прижал их к стеклу:
— Тебе это было нужно?
Никита прочитал заголовок, потом первые строки… Это был договор на продажу Мелюзины, перепечатанный уже с изменениями. Никита опустил стекло буквально на полтора сантиметра, чтобы получилась щель, как в почтовом ящике.
На лице Андрея отразилось возмущение, но он всё же просунул договор внутрь. Никита пролистал страницы: на последней уже стояла подпись Андрея.
— Да, это было нужно, — Никита сунул договор обратно: — Теперь-то зачем?
Андрей не хотел брать договор, но пришлось ловить его в последний момент, чтобы он не упал на дорогу.
— Можем мы нормально поговорить, без зрителей? Я не хочу здесь кричать, — Андрей кивнул в сторону стоявших рядом машин.
— Ты мне угрожал, — заявил Никита, который вообще-то уже готов был сдаться.
— С того момента я успокоился.
— Ладно, садись! — Никита указал на пассажирское сиденье и разблокировал двери. Андрей вообще-то не был похож на человека, который станет бить его ногами в живот.
Андрей помахал рукой своим рабочим, и те начали освобождать проезд.
Никита не смотрел на севшего рядом с ним Андрея.
— Куда тебя везти? Или здесь стоять будем?
— В «Зелёный бархат»? — предложил Андрей. — Ты же туда ехал.
— Туда. Но, как я понимаю, покупательница не придёт.
— Нет, не придёт, — с притворным сочувствием покачал головой Андрей.
Никита ждал, что Андрей что-нибудь скажет — это ведь он хотел поговорить, но тот с мрачным видом смотрел вперёд и молчал. Никита долго вытерпеть не смог:
— Слушай, извини за тот раз. Я не хотел, — он немного подумал, а потом исправился: — Конечно, хотел, но не вот так… Меня немного занесло. У тебя всё нормально с рукой?
— Нормально, — сухо ответил Андрей.
Никита про себя возмутился: надо было отлавливать его с привлечением тяжёлой строительной техники, чтобы потом молчать и дуться; но вслух говорить он ничего не стал — всё-таки это он был виноват в сложившейся ситуации.
— Я забыл, что у тебя с рукой проблемы… Думал, раз ты не отбиваешься, то не против, — оправдание звучало не особо убедительно и даже как-то мерзко. — Я, пока тебя не было, выпил лишнего… Хорошо, я много выпил. Ну, по моим меркам много. Я разозлился и… вот так вышло.
— Мы приедем и поговорим, вон ворота уже видно.
Когда они вышли из машины, Андрей, для надёжности придерживая Никиту за руку повыше локтя, повёл его к зданию гостиницы.
Стоило им оказаться в лобби, администратор воззрилась на Никиту с хищным торжеством во взгляде. Она сначала вежливо поздоровалась с Андреем, назвав его по имени-отчеству, а потом накинулась на Никиту:
— Хорошо, что вы приехали, Никита Борисович. Мы вас ждали! Нам обязательно нужно обговорить вопрос о дальнейшем содержании вашей лошади. У вас есть небольшая задолженность…
— Да, обязательно, — прервал её Никита, — только я сначала с другим делом разберусь, а потом…
