— Дело в том, что у вас образовался долг… Простите, — немного смутилась девушка, словно ей было неудобно сообщать клиенту, что у него есть долг, — мы пытались дозвониться до вас раньше, всю эту неделю звонили, но телефон был недоступен.
— Я был за границей, и этим телефоном временно не пользовался. Так что там за проблемы?
— Содержание вашей лошади, Мелюзины, в конюшне клуба было оплачено по пятое июля включительно. Обычно оплата производится вперёд, но у нас сотрудница в отпуск ушла, и мы вовремя не отследили этот момент, так что теперь вам нужно заплатить за прошедший месяц и за текущий.
— Хорошо, я понял, — Никита сжал зубы: только этого ему не хватало — деньги, которых и так было не очень много, таяли на глазах. — Какой там долг?
— Восемьдесят тысяч. Но если вы оплатите, как в предыдущий раз, сразу за полгода, мы предоставим скидку в разме…
— Сколько?! — вырвался у Никиты возмущенный возглас. Но потом он быстро поправился: людей, которые забавы ради покупают лошадей за тридцать семь тысяч евро, такие суммы не должны смущать: — Повторите, пожалуйста, связь не очень хорошая.
— Восемьдесят тысяч.
— Э-э… Хорошо. Я приеду через день или два, и мы всё решим.
— Понимаете, ваша лошадь находится у нас уже… — начала девушка.
— Простите, опять что-то плохо слышно, — прокричал в трубку Никита, а потом скинул звонок. — Да блядь же! Долбаная лошадь!
— Что такое? — спросил Олег, который напряженно вслушивался в разговор, но ничего не понимал, хотя очень хотелось.
— Звонили из клуба, где лошадь стоит, — Никита, забыв про кофе, ушёл в коридор.
Вернулся он с Мелюзининой папкой.
— Где-то тут должен быть договор, — Никита торопливо перебирал бумажки. — Ты представляешь, аренда этого самого, как его, стойла, стоит… бля… И правда: сорок тысяч в месяц!
— Да ни хера ж! — воскликнул Олежка. — Квартиру можно снять! Эта лошадь, она там прямо в номере, что ли, живёт?
— Так, аренда денника, выгул, уход, так-так-так… в размере сорока тысяч рублей… Срок уплаты… еще и пени! — Никита поднял на Олежку глаза. — Я с этой лошадью конкретно попал. Надо продавать срочно, я её не прокормлю. Мне вот прям сегодня-завтра за неё надо восемьдесят штук выложить…
— У тебя нет, что ли?
— Есть, но восьмого числа должны сняться деньги за ипотеку. На неё уже не хватит.
Никита потёр рукой взмокший лоб. Ситуация была такая, что впору было хвататься за голову. Буквально сутки назад он возвращался домой из Лондона: у него были Влад, жильё и деньги. Влад вычеркнулся из его жизни вместе с жильём, деньги пока ещё были, но их собиралась сожрать лошадь. Оставалась работа. На работе завтра можно будет попросить аванс. Точно, попросить аванс, а с клубом договориться об отсрочке — не выгонят же они Мелюзину за ворота. А если выгонят? Он тогда останется без лошади и без перспективных тридцати семи тысяч евро.
— Слышь, Олежка, сигареты есть?
— Ты же бросил.
Никита отхлебнул холодный кофе, поморщился и выплеснул оставшиеся полкружки в мойку.
— Снова начал.
Он не курил почти два года: помешанный на здоровом образе жизни Влад настоял. Бросить оказалось просто: Никита курил мало, больше за компанию или когда нервничал; с этим требованием Влада смириться было легко. Легче, чем с его требованиями к сексу. Хотя Влад ничего не требовал. Он просто не понимал, что что-то было не так, а Никита делал вид, что его всё устраивает. И он не представлял, каким эгоистичным и самовлюблённым мудаком Владу надо было быть, чтобы целых два года ничего не замечать. Или делать вид, что не замечает. С другой стороны, каким лживым хуйлом был он сам, раз два года притворялся.
Никита вышел на балкон и, открыв створку, где не было москитной сетки, и высунувшись наружу, затянулся. Надо решить, за что хвататься и какую дыру первой затыкать. Звонить сейчас по объявлениям о сдаче квартиры, как он вчера планировал, не имело смысла: у него нет денег. Ещё три недели перекантуется у Замкадыша, а там всё может измениться. Вдруг он продаст лошадь?
Никита решил, что этим сейчас и займётся. С лошадью надо разобраться в первую очередь.
***
В какой-то момент, огибая по обочине очередную гигантскую лужу, Никита начал бояться, что никогда не доберётся до «Зелёного бархата», застрянет в этом блядском лесу и останется там навсегда.
Сразу после звонка из «Бархата» он поехал к дому Влада, где вчера осталась его машина, а потом отправился в кантри-клуб.
Свернуть с шоссе возле стенда с указателем не удалось — вся правая половина дороги была перекрыта из-за подводки каких-то коммуникаций. Стрелка с надписью «Объезд» указывала прямо, а потом направо, но Никита то ли пропустил нужное место, то ли его просто не было. В итоге он съехал на какую-то грунтовку с продавленной тяжелой техникой колеёй, по которой его «тэтэшка» угрожающие громко заскребла дном.
Никита упорно ехал вперёд, ориентируясь по навигатору, раз уж дорожные указатели его подвели, и проклинал строителей коттеджного посёлка «Шахматово», которые всё вокруг разрыли.
