Шум города вывел его из оцепенения, в нем снова проснулся разведчик. Воля подавила страх, трезвый рассудок взял верх над эмоциями. Он остановился у телефона-автомата и набрал знакомый номер. Ответил Сан, его низкий глуховатый голос трудно было спутать с каким-либо другим.
– Слушаю вас.
– Это я, профессор, – из предосторожности Плакс решил не называть себя: прослушивание телефона агентами НКВД нельзя было исключить. – Беспокою по поводу нашей последней работы по японской проблематике.
– Э… Она еще не совсем завершена… – Сан догадался, с кем говорит.
– К сожалению, я уезжаю. Надо встретиться.
– А что так срочно? – В голосе Сана прорвалась тревога.
– Обстоятельства неожиданно изменились.
– Мм… хорошо! Куда подъехать?
– В ресторане, где сидели перед Рождеством.
– Да, там отличная кухня, – подыграл Сан.
– Я буду через два часа, – сказал Плакс.
По его расчету этого времени Сану вполне хватало, чтобы добраться до места. А волкодавов Берии оно лишало возможности быстро подготовить акцию по ликвидации.
– О’кей.
В трубке зазвучали короткие гудки.
Теперь ему оставалось только запастись терпением и ждать. Но назойливые мысли снова не давали покоя. Он ломал голову над тем, как объяснить Сану всю опасность их нынешнего положения. И первое, что подсказывал опыт разведчика, – в душе друга нельзя было породить паники, которая может толкнуть его на необдуманные поступки.
«Да уж, с таким-то видом вряд ли это получится, – невесело подумал Плакс, глянув на свое отражение в витрине. – Ну и рожа… Надо взять себя в руки. Я должен выглядеть полным сил и энергии!»
Посмотрев на часы, он заглянул в парикмахерскую. Парикмахер-итальянец, скучавший за старым журналом, с особым рвением взялся за клиента. Под его ловкими пальцами Плакс почувствовал, как постепенно рассасывается тяжесть в затылке и исчезает резь в глазах. На улицу он вышел посвежевший и благоухающий дорогим одеколоном. До встречи в ресторане оставалось сорок пять минут. Взяв такси, он направился в центр. Приехав, он не стал заходить в помещение и решил подождать Сана в сквере напротив.
Погода разгулялась. На смену утреннему морозцу пришла оттепель, но она не повлекла за собой дождя, наоборот, небо очистилось и выглядело совсем по-весеннему. Сан, как всегда, был пунктуален. Из-за поворота показался «форд». Плакс шагнул на край тротуара и махнул рукой. Объехав стороной лужу, машина остановилась. Он поставил чемодан на заднее сиденье, а сам сел рядом с Саном. Тот все понял без слов. Минут двадцать «форд» нарезал замысловатые круги. Не обнаружив за собой слежки, они возвратились к ресторану и, оставив машину на парковке, спустились к реке.
Сан не торопил Плакса, они шли молча. Наконец Плакс сказал:
– Я должен вернуться в Москву.
– Что случилось, Израиль? Почему такая спешка?
– Это не мое решение.
– Как? – удивился Сан и наконец понял: – Так, это они требуют?
– Да. – Дальше каждое слово давалось Плаксу с трудом. – Мы, наверное, больше не увидимся. Тебе надо забыть обо мне и…
– Но почему?
– Оттуда не возвращаются.
– Неужели это правда? – ужаснулся Сан.
Плакс поник головой и выдавил:
– Я там уже побывал. Второго чуда точно не случится.
– Израиль, но это же абсурд! Ты столько сделал – и тебя в лагерь? – Сан внезапно схватил Плакса за руку и потащил к машине.
– Куда? Зачем? – упирался он.
– Едем! Есть надежное место, там они тебя не найдут! Отсидишься, а потом что-нибудь придумаем.
– Не могу! Не имею права!
– Права?! О чем ты говоришь! Они предлагают, чтобы ты сам себе накинул петлю на шею. Ты в своем уме?!
– Я не могу! Ты не представляешь, что они сделают с женой и дочерью.
– Изверги! Так что же вы такое построили? Разве там можно жить?!
– Там живут Мария и Люба, а это последнее, что у меня осталось. Они не пощадят их! А я глубоко в душе мечтаю, чтобы после меня остались еще и внуки…
– Мерзавцы! – задохнулся от возмущения Сан.
– Я должен вернуться, а тебе и твоей семье… – Плакс старательно подыскивал слова, – лучше на время уехать.
– Уехать?! Боже праведный, ради чего мы все это делали? Зачем обманывали друзей и дружили с врагами? Где же справедливость на этом свете? Где? Наши жены, дети, они-то в чем виноваты?!
Плакс молчал, он не знал ответа. Это был какой-то заколдованный круг, из которого – теперь он это отчетливо понимал – им с Саном не дадут вырваться. Судьбы разведчиков-перебежчиков – Ярославского, Лаго Кривицкого и других – говорили сами за себя. Им не помогли ни профессионализм, ни чужие паспорта, ни деньги, ни «крыши» других разведок – пули ликвидаторов из НКВД достигли своей цели… К тому же он не мог себе позволить стать перебежчиком или предателем-невозвращенцем. Это полностью переворачивало все в его сознании. Жесткая прагматическая логика политики военного времени не оставляла шансов.
Внезапно в голову Плакса пришла неожиданная мысль. Он вытащил из кармана пальто пакет с паспортом и деньгами и порывисто сунул Сану:
– Бери! Это тебе поможет!
– Что здесь? – спросил тот.
– Новые документы для тебя. К сожалению, мы не совсем похожи, но… – Слова застревали у Плакса в горле.
– Я не могу.
