Возглас Берии невольно заставил Фитина подтянуться, но смелый мужской характер взял свое. Он упрямо повторил:
– Лаврентий Павлович, разрешите… Он это честно заслужил.
Нарком посмотрел на него долгим, немигающим взглядом. В какой-то момент взгляд его потеплел, выражение лица смягчилось.
– Жалеешь его, Павел Михайлович, и, наверное, думаешь, что я безжалостный и злой душегубец? – качнул головой Берия. Фитин промолчал, а Берия продолжил: – Ты молод и руководствуешься эмоциями, но в политике, а разведка – это больше чем политика, эмоции – непозволительная роскошь. – В голосе наркома вновь зазвучал металл. – Товарищ Сталин и партия поставили нас на эти посты, чтобы я, ты и твой Плакс не жалели себя и, когда понадобится, не задумываясь, отдали свою жизнь! Идет война, и мы не имеем права на жалость, враг только и ждет этого! Плакс прекрасно осознавал, на что шел, но сейчас не время говорить о нем.
– Лаврентий Павлович, я прошу самую малость, – не сдавался Фитин.
– Малость, говоришь?
– Товарищ нарком…
– Ох, и упрямый же ты мужик, Павел Михайлович. Ладно, разрешаю, – уступил Берия, но предупредил: – Только, смотри, без лишнего шума, а то не успеешь похоронить, как сам в ту же очередь встанешь.
– Все будет нормально, Лаврентий Павлович! – оживился Фитин и поспешно покинул кабинет.
На следующий день, ранним мартовским утром сорок второго года, на закрытом военном кладбище у одинокой могилы собралась небольшая группа людей. Снег крупными хлопьями ложился на пальто и шинели, темными пятнами расплывался на свежеструганных досках заколоченного гроба, тонкими струйками сочился по комьям земли. Несколько минут у могилы царила тишина, никто не произнес ни слова, затем моложавый старший майор государственной безопасности кивнул начальнику похоронной команды. Тот махнул рукой, и по спинам кладбищенских рабочих заскользили веревки. Гроб медленно опускался на дно могилы. Майор расстегнул кобуру, его рука взметнула пистолет вверх, и три коротких выстрела проводили в последний путь Израиля Плакса.
Толкавшийся поблизости кладбищенский сторож не утерпел, протиснулся к могиле и спросил:
– Товарищ майор, генерала, что ли, хороните?
– Он был больше, чем генерал, – печально обронил тот, развернулся и, тяжело ступая, пошел на выход.
За его спиной комья мерзлой земли дробно застучали по доскам, прошло еще около получаса, и теперь только черный холмик земли напоминал о быстротечности человеческой жизни. На свежую могилу тихо и ровно падал мягкий белый снег…
Ушел из жизни еще один боец невидимого фронта, но брешь в незримом строю закрыли его товарищи: Николай Кузнецов, Александр Демьянов, Петр Прядко, Виктор Бутырин, Александр Козлов, Иван Данилов, Алексей Батян, Вильям Фишер, десятки и сотни других. Все они – и те, кто чудом выжил, и те, кто отдал свою жизнь за Родину, – думали не о себе, не о славе, не о наградах. Оставшись один на один с жестоким и коварным врагом, они честно и самоотверженно выполняли свой воинский и человеческий долг – добывали важнейшую информацию, которая помогла сохранить сотни тысяч жизней бойцов и командиров Красной армии, сражавшихся на разных фронтах войны.
Потом, в ликующем мае сорок пятого, когда отгремели победные салюты, те, кто уцелел в жестокой борьбе с врагом и не попал под репрессии либо зачистку своими же, как и подобает истинным рыцарям, скромно отошли в тень. Многие имена до сих пор хранятся в секретных архивах специальных служб. Значительная часть этих имен и не раскрыта до сих пор…
Политическая воля вождей способна изменить судьбу человечества, но еще больше на эту судьбу влияют поступки каждого из нас…
Жизнь продолжается, пока жива память!
Одной из самых интригующих тем была и остается тема Коминтерна – Коммунистического интернационала. Для абсолютного большинства рядовых коммунистов военно-конспиративная и нелегальная разведывательная деятельность этой организации была неизвестна. Структуры партийной разведки и специальные партийные службы остаются одной из самых малоисследованных тем.
История революционных процессов недавно закончившегося XX века теснейшим образом связана со взаимодействием военно-конспиративной и разведывательной деятельности структур III Интернационала со спецслужбами России.
