С криками охранники бросились в бой, в считаные секунды взяли в кольцо всех раз- бойников и стали теснить их к центру, а в центре был Кирилл. Потом все прекратилось само собой: разбойники были подавлены и растеряны, и не могли оказывать сопротивление без своего вожака, который никуда их не поведет в виду своей преждевременной кончины.
Разбойники побросали оружие на землю и сдались на милость победителей. После того, как все разбойники оказались под надежной охраной, пятеро особо приближенных к Скифиду охранников привели связанного и слегка побитого главного и самого лучше- го работника. Увидев их, Скифид сказал Кириллу:
Пойдем, друг мой, чинить суд над псом подлым.
Нет, не хочу я . Лучше пойду искупнусь, ладно?
Кирилл встал с земли, на которой отдыхал после боя, и пошел к реке, там помыл клинки и, не раздеваясь, упал в воду. Плавал недалеко от берега, стараясь смыть кровь с одежды, потом вышел из воды, разделся и вновь вошел в воду. Просидел в воде около часа. Ему не было совестно, его не терзали муки и сомнения по поводу случившегося, он сделал то, что должен был, и для чего пришел в этот мир, а именно –сражаться и побеждать. Вот только его немного удивило то, как легко далась ему победа. Все дело в неподготовленности бандитов, решил он. Кирилл лежал на песке с закрытыми глазами, наслаждаясь теплом весны, когда к нему подошел человек и стал рядом. В его поведении не было ничего угрожающего и Кирилл, не открывая глаз, сказал:
Отойди, не закрывай меня от этого чудесного солнца.
А ты, брат, здоров нервами! Лежишь здесь и отдыхаешь, как будто ты телегу зерна продал, а не двадцать человек зарезал, – с улыбкой произнес Скифид. Он присел рядом и стал раздеваться для того, чтобы искупаться.
Не хочешь узнать, что поведал наш друг-предатель?
Хочу и жду, когда ты мне расскажешь.
Скифид заулыбался, встал, подошел к реке и сказал:
Он, мразь этакая, состоял в родстве с главарем банды, и когда нанимался, то цель его была – войти ко мне в доверие, а после того, как мы наберем самый крупный караван, захватить его, и, заняв мое место, стать крупным работорговцем, – караванщик вошел в воду и поплыл к середине реки.
А другие охранники? Ведь он с ними не сговаривался, как хотел на сторону свою
склонить? – спросил Кирилл, не вставая.
А он и не хотел их склонять на свою сторону, они должны были стать рабами, а бандиты – охранниками, деньги заработали бы на ровном месте и ни с чего. Недурно, не правда ли? – Скифид наслаждался прохладой речной воды и не спешил на берег.
И что ты будешь с ним делать после всего этого? – Кирилл спросил так, как будто не мог и представить себе, что бывает с людьми, совершившими такое, а представить можно было многое. Во-первых, самое простое – это смертная казнь на месте, во-вторых
умопомрачительные пытки – и в результате все та же смерть, потом – сдать судье и посмотреть на суд всенародный, и самое интересное – в рабство, в этом же караване, продать с максимальной прибылью и посмотреть в глаза, когда его будет уводить новый хозяин.
А что бы ты сделал на моем месте? – Скифид беззаботно плескался в воде, и, каза- лось, он все решил.
Я не на твоем месте, друг мой. Знаю, что ты для себя все решил, так поведай мне, стороннему наблюдателю, – с улыбкой сказал Кирилл.
Продам его и буду счастлив, а насчет стороннего наблюдателя – если б у меня побольше было таких сторонних, я б с богами спорить не боялся бы.
Скифид говорил, улыбаясь, но в его голосе читалась откровенная благодарность. Он вышел из воды и сел рядом с Кириллом.
Что дальше делать станешь, друг мой? Со мной пойдешь или своей дорогой?
Своей дорогой пойду. Ты мне нравишься, Скифид, но у каждого своя дорога, и каждый должен ее пройти. Мы с тобой ненадолго расстаемся.
Эти слова удивили караванщика, но он не стал ничего спрашивать, просто сидел и ждал, когда его друг расскажет о своих планах. Кирилл это понимал и не стал томить ожиданием гостеприимного хозяина.
Я вот что решил. Продай мне несколько рабов по моему выбору и телегу хорошую, чтоб я мог, как нормальный человек, путешествовать, и провианта немного человеческого. Ну что, продашь?
Продам ли я? – Скифид был удивлен, обескуражен и возмущен. – Ничего тебе не продам.
А вот это удивило Кирилла. Он поудобнее уселся на земле и поглядел на Скифида в упор.
Да, мой друг, я не собираюсь тебе кого-либо продавать. Ты спас мою жизнь и мой караван, добавил мне бесплатных рабов, и после этого я тебе буду продавать рабов? Выбирай себе все, что захочешь, и ни слова о деньгах.
Хорошо, убедил, но я попрошу тебя об одном одолжении, если ты не против.
Да как скажешь, друг мой Кирилл, все, что смогу, сделаю, – Скифид говорил с готов- ностью прямо сейчас приступить к действиям.
Не сейчас, а перед отъездом, я все скажу, а сейчас пойдем есть, а то мы с этими лесными братьями так и не поели.
Ну и нервы у тебя, Кирилл, – Скифид произнес эти слова с улыбкой, не переставая удивляться поведению своего гостя.
Да я и сам удивляюсь, – сказал в ответ на это Кирилл. И они громко, по-мужски засмеялись, потом пошли к шатру.
