Гощу на святом Бузулуке,Живительный воздух ловлю,Щурят стерегу на излуке,А чаще с мизинец сиклю.Стихов без природы не выпечь,А пуще – душа не велит,Коль сторож сметливый – ФилиппычМеня самогоном поит.Пишу в пионерской тетради,Покуда запал не простыл,Что сторож подменный – ГеннадийМеня первачом угостил.Набравшись вдобавок нахальстваИ дури казачьей родной,Я мигом забыл про начальство,Которого нет надо мной.Душой присягаю отчизнеИ пусть отбиваюсь от рук,Грехи мои тяжкие в жизниОтмоет святой Бузулук.<p>«А ну, жена…»</p>А ну, жена, плесни-каМне бражки от разлук.Река моя ПаникаВпадает в Бузулук.Она течет не гордоСквозь пажить и жнивье,Пересыхает горлоСредь лета у нее.Как будто отдыхаетДо вьюжливой зимы,Но в омутах вздыхаютУсатые сомы.Вода сладка, как бзника,А утром без затейРека моя ПаникаКупает лошадей.Я жизнью не напуган,Впился в нее клещом,Паникою накупан,Паникою крещен.На плесах гулеванил,Талы для девок гнул,На льдинах хулиганилИ в проруби тонул.И песенки линдикалВо славу бытия.Река моя Паника,Кровинушка моя!<p>«Дикая груша или китайка…»</p>Дикая груша или китайка,Или для мочки лукавый терен?Ты не петушься и распознай-ка,Кто из них на зуб скорей задорен?Горше разлуки, крепче кручины —Все же милей, чем людская злоба.Если добавить кисти калины,Взвар, словно лекарь, обвяжет нёбо.Сам я дичок, ни к чему не привитый,Вольный костер под ветловой треногой,Неприрученный, недомовитый…На зуб меня, берегись, не трогай!<p>«Проходя по полям…»</p>Проходя по полям,По колхозным одонышкам,Я не слышу ни ржанья,Ни храпа коней.По хозяйственной прытиПохудели подсолнушки,Говорят, оттогоЧто, мол, стали сытней.Мне же знать довелосьПышногрудые семечки,По карманам совал ихВ золотой сапухе,Их с девчатами щелкалНа клубной скамеечкеИ кадриль выводилПо тугой шелухе!Жизнь не то чтобы вразИ сполна перечеркнута,Но не слышно вдалиНи греха, ни стиха.Не дурачься, душа,Наше время расщелкнуто,И шуршит под ногойПрошлых дней шелуха.<p>«Давно я не жег поднебесных костров…»</p>Давно я не жег поднебесных костров,Дрова не готовил умело.Душа средь постыдных плакучих пировСама по себе угорела.И вот в застарелом скрипучем боруС развязною осенью в сшибке,Ничуть не боясь, что костей не сберу,Сжигаю сосновые шишки.О, как запашист навороченный дым,Как шишки исходят смолою!Как будто я стал огольцом молодымИ вышел с конями в ночное.Но осень взлетела на шаткий порог,Звеня золотыми ключами.Поблекла луна, и уныл кострожог,И старость ворчит за плечами.<p>«Остатний денек оголтелого лета…»</p>
