Не знаю, как на это отреагировал лорд Самерст, но первые его указы уже через некоторое время оказались у меня на столе. В них сообщалось о выборах нового верховного лорда, нового верховного жреца всеблагого, о передачи всей полноты власти на особый период чистильщику, о формировании новой городской стражи, о переходе всего имущества Нави в пользу казны и много чего другого. Среди прочего был указ о передаче бывшего дворца Брина в собственность капитула белых воинов…
А на следующий день я с удивлением обнаружил, что местоблюститель перебрался для работы в капитул и его рабочий кабинет расположился рядом с моим. Наша совместная работа пошла значительно быстрее. Был подписан указ о создании при капитуле специального заведения для подготовки служек к борьбе с Навью. Помимо обучения владению оружием в этом заведении предусматривалось изучение грамоты и письма. Отбор осуществлялся в данное заведение специальной комиссией, которая беседовала персонально с каждым кандидатом на обучение.
Вскоре чистый принес план реформирования храмов всеблагого, что бы очистить их от всякой накипи и дармоедов. Споры по реформированию продолжались три дня и в конце концов было решено, отправить наброски этого документа в близлежащие главные храмы всеблагого, и вернуться к его обсуждению через 10 дней. Оставив лорда Самерста и чистого продолжать работать во славу нашего мира и всеблагого, я с отрядом белых и присоединившихся к нам городских стражей, решил проверить ближние земли на предмет гнезд Нави, которые могли затаиться, после разгрома Брина и его людей. Больше всего я боялся, что где нибудь могут существовать неизвестные ворота или двери, через которые Навь могла хлынуть в наш мир.
В течении семи дней мы рыскали по южному округу, наводя страх на жителей небольших городков сел и деревень. Было обнаружено и уничтожено пять гнезд Нави. К счастью, ворот там не оказалось. Во время этих рейдов я исподволь учил белых, многие из которых были значительно старше меня, как определять Навь на расстоянии, и что нужно делать для того, чтобы уничтожить дверь или ворота, если они будут обнаружены. Так же я присматривался к тем, кого планировал назначить старшими будущих отрядов белых воинов, что будут размещены в крепостях стражей сторон света. Я также подумывал о том, что неплохо было бы и в центре страны создать подобную крепость со своим стражем, или даже несколькими стражами, которые могли бы следить за Навью внутри страны. Капитул для этого не годился. Крепость стоило строить только в середине и вести наблюдение во все четыре стороны, или иметь четырех стражей, которые меняли бы друг друга…
Больше всего меня поразило то, что многие жители безразлично отнеслись к призыву бороться с Навью, а многие жили годами бок обок с её последователями. Были случаи, когда нам огнем и мечами приходилось уничтожать до половины населения деревень и сел, где Навь только готовилась создать свои гнезда. Такого её количества я не встречал ни на севере ни на востоке. О всех принимаемых мерах я сообщал северному и восточному стражу, и требовал, что бы они усилили наблюдение за Навью.
В один из разговоров с северным братом, он посетовал мне, что уже длительное время не может связаться с южным стражем, и что тот блокирует все попытки. В первое время я не придал этому особого значения, но когда мы вернулись в Трир, то я вспомнил, что вначале основная угроза от Нави исходила именно с юга. Это укрепило меня в намерении немедленно отправиться к южному стражу с инспекционной поездкой. Однако сразу же выехать не удалось, опять навалились дела, да и время для окончательного обсуждения и принятия указа по реформе храмов незаметно подошло. Мне не очень было понятно, почему сам чистый не хочет заниматься реформами, а прикрывается мной и лордом Самерст. Я спросил его об этом, его ответ удивил меня и внес некоторые сомнения в мое желание добиваться его избрания верховным жрецом. — Любые изменения в существующий порядок в храмах всеблагого, есть дело неблагодарное и грязное с точки зрения жрецов. Вы люди мира, вам легче вносить изменения… Я понял так, что всю грязную работу должны будем сделать мы, а жрецы опять останутся в стороне. Если все удастся, то жрецы молодцы и мудро провели реформы, если не удастся, то виноваты во всем мирские власти, что вмешались в дела храма…
Пришлось подождать ещё несколько дней, пока прибудут все бумаги, отправленные в главные храмы. На заключительное обсуждение прибыли даже некоторые главные жрецы. Но бурного обсуждения не получилось. Реформа храмовой жизни назрела давно и многие это понимали. Все обсуждение свелось к пошаговым действиям и срокам проведения тех или иных нововведений… Вскоре указ был подписан мной и исполняющим обязанности верховного жреца, а также местоблюстителем верховного лорда.
