У входа в башню меня ждал страж с сокрушенным видом:- У самозванца там целый гарем, что мне с ними делать? — Юджин, если ты действительно собираешься стать стражем, то это теперь твое хозяйство и тебе самому принимать решения, мы только гости. — Чистильщик, я стану стражем, но на первых порах мне нужна помощь. — Тогда обращайся за советами к северному или восточному стражам, я там уже побывал и проверил их. Ты настроился на камень, что находится на открытой площадке? — Да, северный брат мне все разъяснил…
Служки в это время по моему приказу вновь собрали всех жителей крепости. В основном это были молодые девушки и женщины, а так же несколько детей. — Я даю вам время до восхода солнца собрать свои вещи и покинуть крепость. Кто этого не сделает, будет казнен. Брать только свои вещи, стража на выходе вас проверит. Конечно казнить их я не собирался, но и эти девицы в крепости южному стражу не были нужны. С понурым видом они стали расходиться по своим комнатам. Веселая и беспечная жизнь для них закончилась. Я не жалел о случившемся и связавшись с белым в столице обрисовал ему ситуацию и попросил все рассказать верховному жрецу, с тем, что бы он прислал сюда младших жрецов и служек в храм.
Собрав всех своих служек я им предложил на выбор: или они остаются здесь и вызывают свои семьи сюда, или возвращаются со мной в столицу. Мнения разделились. Те, кто уже изрядно помотался по белу свету, решили остаться. Спокойная и размеренная жизнь их больше прельщала, чем поиск приключений, а вот молодежь решила возвратиться со мной в Трир. Я посчитал, что для того, что бы укомплектовать хоть на треть гарнизон крепости, сюда понадобиться набрать не менее трех десятков служек, о чем и сообщил белому в столице. Причем набирать просил среди ветеранов и семейных.
В башне стража царил самый настоящий бардак. Девицы суматошно бегали по этажам и собирали вещи. Я посмотрел на них и рявкнул: — Все драгоценности с себя снять, все вещи оставить здесь и вон из башни. При этом я обнажил меч и стал им недвусмысленно покачивать. С визгом, побросав увязанные тюки и узлы на пол, они понеслись мимо меня к двери, а там их встречали служки и придирчиво проверяли, не прихватили ли они чего лишнего. Одна из девиц начала скандалить, что эти кольца и перстни её собственность, я не стал с ней спорить, а приказал прямо у дверей отрубить ей голову. Что и было сделано на глазах всех остальных её подруг. Помогло. У ног служек выросла внушительная кучка драгоценностей, колец и перстней…
На площадке в кресле сидел страж и смотрел в сторону гор. — Я что то не могу понять, с одной стороны я чувствую Навь где то в горах, но точное её местоположение определить не могу. — Это значит, что те, кто сбежал от нас прячутся в пещерах, что имеются в горах. Интересно, сотник знает что нибудь о них? И по моему я, страж, погорячился. Надо хотя бы поварих и кухарок оставить в крепости, а то мы тут с голоду помрем, пока прибудут новые слуги и служки, да и все запасы надо проверить. А все эти драгоценности пойдут на нужды крепости. Вызови сотника и главного жреца к себе. Над крепостью прозвучал гонг било. Вскоре сотник и жрец поднялись в башню на самый верх. Оба уже успели переодеться и привести себя в порядок.
Страж начал их расспрашивать и уточнять, что к чему и как. Разговор затянулся надолго. Я с облегчением узнал, что кухарки и поварихи и не думали покидать крепость с восходом солнца, так как все четверо служили здесь с незапамятных времен, когда сотник был ещё молодым служкой, и мой приказ они просто напросто проигнорировали. Сотник и жрец просили так же оставить в крепости обоих вдов с детьми, жен погибших служек, что бы они за небольшую плату помогали на кухне. Страж посмотрел на меня и разрешил. А я в это время внимательно рассматривал дорогу, что вела в ущелье, ведь Лиза говорила, что у них и на юге тоже имеется станция. Хорошо было бы её найти.
Вечер подкрался незаметно. После плотного ужина совмещенного с обедом, предупредив стража и белых, я в гордом одиночестве отправился через мосток к подножью горы. Во первых хотелось побыть в одиночестве и подумать о своих дальнейших шагах, во вторых я не терял надежды, что Навь, после охватившей её паники, попытается разведать, что твориться в крепости и её окрестностях, а в третьих был шанс, что кто то из Нави уцелел и попытается пробраться к своим. Надо было только подождать, правда сколько, я даже не представлял. Я разместился с "комфортом" шагах в 10 от закрытого входа в таком месте, что мог наблюдать и за дорогой и за тропой. Нагревшиеся за день камни приятно грели спину, но я знал, что через некоторое время они перестанут отдавать тепло, а наоборот, начнут тянуть его из меня.
