— Мой отец тоже погиб где то недалеко отсюда, правда как его звали я не знаю, а мою мать зовут леди Игрен. — Этого не может быть, ведь Игрен погибла вместе с Невсом. Их костей даже не нашли, после того, как он закрыл ворота. Ведь оставшиеся чудища навалились на них всем скопом… — Так моего отца звали Невс? — в моей голове что то щелкнуло. Тогда мне понятно, почему моя мать назвала меня Свен, — это обратное прочтение имени моего отца. Брат, расскажи мне все, что ты знаешь о нем. — Да не так, что бы и много. Белые не любят рассказывать о себе. Но если это действительно твой отец, то для тебя у меня есть подарок, не знаю, пригодится ли он и сможешь ли ты им воспользоваться… Страж встал, вскоре его шаги раздались далеко внизу. Через некоторое время он вернулся. В его руках был сверток. Он развернул его и я увидел очень необычный лук.
— Говорят, этот лук всеблагой подарил самому первому белому войну. Как он попал в руки твоего отца, я не знаю, но он из него стрелял на такие расстояния, на которые ни один лук не сможет пустить стрелу. Двести шагов для него не был предел. Только вот, — тут он замолчал. После гибели твоего отца из него так никто и не смог выстрелить. Для того, что бы на нем появилась тетива, концы лука надо немного согнуть. Этого не удалось сделать ни одному белому, хотя многие пытались. Стрелы для него не нужны, хотя тулу надо носить с собой обязательно. В ней всегда находятся пять стрел и их количество никогда не уменьшается. Стреляет он молниями, которые возникают сами по себе, стоит лишь натянуть лук с определенным усилием. Я видел как стреляет твой отец, если мы, конечно, говорим об одном и том же человеке. Возьми, попробуй. Лора соскочила на пол и отошла в сторону.
Я благоговейно взял лук в руки. Тут же вспыхнули камни на моем кольце и на рукояти моего меча. Такие же камни- два зеленых и два красных полыхнули и на луке. — Лук признал тебя, — выдохнул страж, — попробуй натяни тетиву. Я осторожно взялся за концы лука и немного согнул его. Тут же появилась огненная нить. Я подошел к краю площадки и оттянул тетиву. Вскоре появилась стрела, но не молния, а обыкновенная. — Осторожнее, — услышал я голос стража, — чем сильнее ты натягиваешь тетиву, тем разрушительнее становится выстрел. Я натянул тетиву почти до самого уха и не особо целясь пустил стрелу вдоль ущелья, просто направив её по пологой дуге, потом вторую, а затем и третью.
Через некоторое время где то очень далеко раздались три раската грома. Я ошарашено спросил у стража, — Это, что, мои стрелы? Страж сам был очень удивлен не меньше меня. — Наверное да, я сам не знаю. Ещё никто не стрелял на такие расстояния. Об этом надо срочно сообщить совету. — Только прежде чем что то будешь сообщать, — торопливо проговорил я, — предупреди, что ни на какие контакты я не пойду, пока я к ним не готов. Он кивнул головой и прикрыл глаза. Потом поморщился и открыл их. Они просят ответить тебя только на один вопрос, можно я его задам? — Слушаю. — Твои молитвы всеблагой слышит? — Да.
Наступила тишина. Он опять закрыл глаза. — Совет просит тебя по возможности, почтить своим присутствием одно из его заседаний. — А где он заседает? — В столице, в главном храме всеблагого. — Брат, а кто входит в совет? — Этого никто не знает точно. Известно, что верховный жрец всеблагого и наиболее опытные и сильные белые воины. Хотя в последнее врем поговаривают, что совет состоит всего из двух человек. — А откуда такие сведения? — Ну, иногда мы сплетничаем с другими стражами, так сказать обмениваемся новостями.
— Лораг, — обратился я к своей спутнице, — а ты знала, что ты предназначена? — Предназначена к чему? — не поняла она вопроса. — Предназначена к тому, что бы родить от меня сына. Тебе разве жрецы об этом не говорили? — У меня будет от тебя сын? — мои слова она пропустила мимо ушей. — Да, ты что нибудь знала об этом? — Нет конечно. Как это здорово, у меня будет сын, твой сын и ты будешь нас навещать. Казалось, её больше ничего не интересовало. — Лораг, до рождения ребенка ты не покинешь крепость, а после того, как я уеду, тебя под свою опеку возьмет страж. Потом он и займется воспитанием нашего сына. Она казалось и не слушала о том, что я сейчас ей сказал. Все её внимание было приковано к новости, что она предназначена и у неё будет ребенок. Всеблагой, неужели все женщины такие глупые? — Лораг, ты слышала, что я тебе сейчас сказал? — Да, конечно, из крепости не выходить, страж обо мне позаботиться. Я махнул рукой.
Брат расскажи мне, а что там за северными воротами и почему крепость называется "Последняя застава"?
