Капать могилу, пусть даже и не глубокую, мечом очень не удобно, но я терпел. Белый был достоин уважения и я ему это уважение оказывал. Уже прискакала подмога, пригнали телеги, а я все капал и копал. Наконец все было готово. Взяв его на руки я осторожно спустился в вырытую могилу и положил его на свою накидку. — Это самое малое, что я могу для тебя сейчас сделать, белый. Сложил ему руки на груди и накрыл полой. Мех белого волка, что шел по окантовке накидки, засиял ярким светом. Вокруг стояли служки и те, что были со мной и те, что только что приехали. Я вылез из могилы и отсалютовал ему мечом. — Это был великий воин, я бы даже сказал величайший, пусть всеблагой простит ему все его ошибки и заблуждения и он упокоиться с миром. Засыпайте.
Вскоре все трофеи были собраны, телеги погружены, а Навь сложена в одну кучу. Я сделал небольшой костерок и прочитал очистительную молитву. Многие служки в первый раз присутствовали при ритуале очищения земли и мира от скверны, и ревущий столб огня произвел на них огромное впечатление, как в прочем и то, что небольшую горстку пела тут же подхватил порыв ветра и разнес по округе.
Мои служки купались в лучах славы. Их расспрашивали наперебой. Вот уже лучников и арбалетчиков Нави стало около сотни и не менее пятидесяти они расстреляли из своих луков. — Видите, как мало стрел осталось, а ведь брали, чуть ли не по три комплекта… Я ехал в одиночестве на шикарном белом жеребце. Конь мне нравился своей статью, плавностью шага. Он словно стелился по земле…
В усадьбе нас ждал Ягды. Придержав за уздечку моего белого коня, он внимательно осмотрел меня: — Как все прошло? — Нормально, там нас ждала засада, трофеи везут. Он кивнул головой. — Иди, а то сейчас с ревом сама выскочит. Тут служка таких страстей порассказал… Ярина ждала меня прямо за дверью. Закусив губу, что бы не разрыдаться, она схватила меня за руку и буквально силой потащила в свою спальню. Просто она была ближе, чем моя. Не смотря на мои увещевания о том, что мне надо ополоснуться, переодеться и привести себя в порядок, доспехи и одежда буквально были сорваны с меня, а свое платье она просто напросто распорола ножом. После того, как первый порыв страсти прошел, она наконец то расплакалась. Сквозь слезы говорила:- Уезжай, скорее уезжай насовсем. Это невыносимо. Каждый раз, когда ты куда то уезжаешь, льется кровь, ты рискуешь своей жизнью. А ждать невыносимо. Уезжай насовсем, поскорее. Так по крайней мере я буду знать, что ты где то путешествуешь…
Из её спальни мы вышли не скоро и то только для того, что бы пройти в купальню. Там я взмолился:- Ярина, у меня на ночь не останется сил, прекрати… Она внезапно схватила меня за "достоинство" и резко дернула вниз. Я чуть было не заорал. — Как подумаю, что ты с какой то другой этим занимался и говорил ей такие же ласковые слова, так готова тебя разорвать на куски. Я задумался, а ведь действительно. Образ Лоры как то потускнел, а вернее он слился с образом Лораг, и я теперь их воспринимал как одно целое. Может быть это не правильно?
— Ярина, не говори чепухи, конечно ты самая красивая, самая лучшая и вообще, — самая, самая. — То тоже, ладно, набирайся сил, а завтра чтоб духу твоего тут не было. Потом опять расплакалась, — Навещать то хоть будешь? — Конечно, буду, — и я не врал, как не обманывал и Лораг, обещая обязательно вернуться в "Последнюю заставу". Только когда это произойдет и произойдет ли, знал только всеблагой.
Обед мы пропустили, а по этому на ужине я ел за двоих. Куски мяса и птицы буквально исчезали с моего блюда. Я даже попросил принести похлебки, что и было сделано расторопными слугами. — Да, вижу досталось тебе в этот раз, — усмехаясь сказал Ягды. — Да, досталось, — Только я не понял, к чему относились его слова, то ли к схватке с Навью, то ли к моему пребыванию в спальне его дочери. — Едешь завтра? — Да, с утра, распорядись, чтобы седельные сумки наполнили провизией. — Много не бери, по любому через два дня будешь у башни, а там встретят и накормят. — Ягды, а ты когда нибудь слышал о белой Нави? О белых воинах, что перешли на сторону Нави? — Ни когда. — Я сегодня встретился с двумя, и один из них чуть было не отправил меня к всеблагому. У них знак Нави не подмышкой, а на шее, у основания затылка. — На холке что ли. — Вот именно, на холке.
