Фаня.Ой, чтоб я так жила, что я на него ничего не говорю. Зоя учится в одном классе с Рахилиной дочкой… Я ей говорю: чего ты туда ходишь? Папа из-за тебя меня ругает, что я тебя туда посылаю… И Рахиль думает, что я ее посылаю, чтоб она там кушала. Нужна нам их еврейская еда. Я зашла, чтоб Зою забрать. Чтоб ты не смела больше туда ходить, Зоя… После школы сразу домой… Думаете, я не помню, Луша, когда я до войны вышла замуж за Сережу, он был веселый такой, молодой, такой футболист, так все евреи говорили на меня, что я проститутка… Таки правильно говорят: спасай Россию, бей жидов…
Луша переглядывается со Стаськой и Дуней, смеются.
Макар Евгеньевич(подавляя улыбку). Иди, Фаня, тебя Сергей ждет. Он тут интересовался, куда ты пошла.
Фаня и Зоя входят в одну из дверей на первом этаже. Мимо сараев с помойным ведром проходит Борис Макзаник. Это парень-переросток с обезьяньим лицом. Сверху по лестнице спускается Виля.
Виля.Борис Макзаник нас заметил и, в гроб сходя, благословил…
Макзаник(широко улыбаясь). Привет… В Цесека не хочешь? В центральный ср… понял? Сра… Комитет… Ну, в уборную хочешь? Пошли вместе.
Виля.Нет, не хочу… А как дела на литературном фронте?
Макзаник.Хочешь, почитаю.
Стаська.Виля, это у вас ругаются?
Виля.У нас.
Стаська.Что ж они ругаются. Клопов бы лучше давили.
Макзаник(Виле).Пошли немного пройдемся.
(Отходят.)Тебе Стаська нравится?
Виля.Так она ведь старая. Ей уже девятнадцать, а может, и двадцать.
Макзаник. Зато какие у нее ягодицы… Ну, пойдем сегодня на бульвар.
Виля.Неохота… Лучше здесь почитаем.
Макзаник(ставит на землю помойное ведро).
Старинный город ПетроградТеперь прозвали Ленинград,Построен был еще Петром,Как много было, было в нем…Ты чего? Смеешься?
Виля.Нет, продолжай, просто закашлялся…
Макзаник.
Воспета Пушкиным Нева,Была красива и стройна.Но теперь река НеваЛучше, чем была тогда…Колька, подкравшись, бьет Макзаника под зад. Макзаник, схватив ведро, удирает.
Виля(удирает, кричит испуганно).Мама!
Макар Евгеньевич(скрывая улыбку).А ну, Коля, перестань…
Колька(хохоча).Так я ж Вилю не трогаю. Иди сюда, Виля, садись с нами в карты…
Витька.Он говорил, что он хусский… Ты хусский?
Виля.Я хотел сказать, что я русский еврей, но «русский» я успел сказать, а «еврей» не успел, потому что меня срочно домой позвали…
Витька(хохоча).Его домой позвали…
Виля.Нет, правда… Есть бухарские евреи в Средней Азии, есть грузинские — на Кавказе, а я русский… Хотя вообще-то я наполовину… Моя мать из Польши… А отец тоже не совсем ясно кто… Я был в детдоме, так меня эти евреи взяли на воспитание… Я ведь на еврея не похож…
Макзаник(проходя мимо с пустым ведром).Только все евреи похожи на тебя…
Виля.А ты, Бора, выйди из мора, чтоб тебе ручки и ножки обсохли, а животик я тебе вытру сама…
Макзаник.Сам жид, а на другого говоришь.
Колька(приподнимается).Оторвись!
Макзаник удирает, гремя ведром. Все смеются.
Виля(к Кольке). Дай закурить.
Колька.Сам стрельнул…
Виля.Ну дай бенек потянуть…
Колька дает окурок. Виля курит. Слышен новый взрыв криков и плача.
Дуня.И не устанут.
Луша.Нет, это уже не там, это не у Рахили. Это Сергей Бойко опять Фаню бьет.
Из дверей на нижнем этаже, откуда слышны крики и плач, показывается Сергей Бойко. Он в майке, спортивных шароварах и босой. Похмельное лицо его искажено злобой, волосы всклокочены. Садится рядом с Макаром Евгеньевичем.
Сергей.Беркоград проклятый. Бердичев — еврейская столица…
Макар Евгеньевич.Сергей, зачем жену бьешь? Нехорошо.
Сергей.Разве жидовка может быть женой?.. Бегает к своим жидам наверх на меня жаловаться…
Луша.Что ж ты ее, Сергей, от немцев спас? Зачем прятал?
Сергей.Так это другое дело. У меня от нее дети. А детям мать нужна, потому и прятал… Ух, Беркоград проклятый…
Макар Евгеньевич(улыбается). Так, говорят, Бердичев скоро переименуют… Горсовет уже прошение подал в Киев, в Верховный Совет… Черняховск вроде бы будет. В честь погибшего генерала Черняховского, а кто говорит, в честь генерала Ватутина… Есть слухи, что в честь Котовского назовут, который здесь, на Лысой горе, долго находился, там его казармы были… Или в честь Щорса… Здесь ведь музей Щорса есть… Или, говорят, в честь Богдана Хмельницкого, который Бердичев от поляков освобождал…
Сергей.Да бросьте вы, Макар Евгеньевич, ну какой русский генерал или полководец согласится дать свое имя Бердичеву?.. А который погиб, семья не допустит… Как был он Беркоград, так и останется Беркоградом.
