Стемид возглавил шествие — задавал темп. По сносной чёрной и рыхлой дороге среди обилия пшеничных полей дружная группка отчаянных скитальцев понеслась на запад. По мере удаления от города дорожку сменили на тропку, на какой не встречались поселения и где, кроме солнца, рощ и птиц, ничего и никого не было. Вольный ветер, слетая из прозрачных высот, кружился, метался под ногами, ворошил густую траву на полянах и вновь устремлялся ввысь.
Через день застряли в роскошных лугах — и тропки было не найти. Сочная зелень — тихая и безлюдная — особой радости не доставляла: увязли в траве и мелкой поросли поднимавшихся дерев... Почему же здесь никто не живёт — ведь отрада, а раздолье какое!.. Долго ли, коротко ли — а кое-как ехали, продираясь через высоченный травостой.
Стемид с несколькими воинами отправился разведать тропу. Сарос и Ргея остались в шумящих на ветру зарослях. Выпрягли обоих коней из колесницы, сами вожделенно улеглись в траву и предались любимой своей в последнее время усладе — созерцанию друг друга.
Спустя недолгое время с той стороны, куда отъехал Стемид с товарищами, послышались крики и топот ног. Понять было нельзя, что там такое, — то ли гон, то ли хоровод на лошадях?.. Звуков сечи не распознать. А может, их друзья захвачены врасплох?
Сарос, взяв за поводья коней, увёл Ргею — надо было поскорее убраться с этого места. Отойдя подальше, оставил её в засаде, а сам направился на поиски своих. С осторожностью ирбиса крался на звуки доносившихся речей. Из высокой травы всматриваясь в фигуры всадников, вдруг узнал Роальда и нескольких готов с ним. Вокруг кружили какие-то лихие степняки — халаны иль те самые анты?.. В окружении всех тех непотребных людишек находились Стемид и его отряд.
Роальд рассеянно слушал Стемида, всё время оглядывая округу. Сароса от него отделяла плотная стена травы. Конунгу, для наблюдений поднимавшему голову, приходилось заботиться, чтобы налетавший ветер, при порывах гнувший траву, не обнажал его в том ненадёжном укрытии. Его не должны заметить. Верные люди ничего не скажут о нём и Ргее. Кто знает этого Роальда?
А подозрительный командир бывшей гвардии, узнав, что встреченные им негаданно тринадцать воинов возвращаются домой, и не думал претить их движению. Но ему, в длительном походе сильно изменившемуся, сталось прелюбопытно, почему это они возвращаются в таком невеликом числе. Может быть, это разведка больших сил, кои следуют позади? Сарос с Лехрафсом могли организовать зачистку степей...
Готы же, верные Саросу, отвечали, что все северяне свободны в поступках своих. Они вот вольны идти домой...
Роальд, конечно же, заприметил нервозность старых приятелей, чего-то не договаривавших. Правда, виной тому обстоятельству могли служить и анты, наехавшие беспардонно, развесившие уши, хотя они и не могли понять разговор, нагло таращившиеся. Роальду не терпелось выяснить истинное назначение столь малого отряда, и он увлёк Стемида в сторонку. Как раз туда, где в засаде расположился конунг.
Сарос осторожно отполз, приподнимая примятую траву. Но докучливая группу вокруг Стемида и Роальда близилась и близилась, уже можно было разобрать и отдельные слова. Роальд нахваливал эти места, называл их бескрайними... Стемид, не упорствуя, сухо признавался, что устал за год этого похода, предлагал Роальду согласиться, что поход получился великим. Роальд, как хозяин положения, не соглашался, потом сознался, что был бы рад что-то передать на родину, затем, подумав, открылся: вскоре он объявится в родных местах — только сделает что-то важное здесь...
Сарос, не испытывая судьбу, ретировался. С поля вползая в рощицу, хрустнул веткой под коленом. Затаился. Ветер раскружил предательский звук, и Сарос ещё долго не осмеливался разогнуться в непроницаемой для человеческих глаз чаще.
— Пойдём одни, Ргея.
— А колесницу заберём?
Стряслось что-то неприятное — Ргея видела это и пыталась выяснить всё отвлечённым вопросом.
— Я вернусь за ней потом. Сейчас надо отходить — быстрее и дальше...
Взяв коней, они углубились в молодую ветвистую пущу. Дубки, терновник, сочные ивы и стрельчатые вишни часто мешались с высоким бурьяном. Ободранные, обломанные ветки и стебли источали терпкий запах бузины, чернобыльника, душицы.
Заросли закончились вдруг, открыв перед парочкой огромный, нескончаемый — верно, до самого моря — простор. Открытое всем ветрам поле тянулось к горизонту. Самое скверное — не было видно ни деревца, ни кустика, ни бугорка.
Сарос и Ргея отступили в рощицу и стали ждать, пока им глас изнутри не подскажет, что двигаться дальше вполне безопасно.
Стемид сотоварищи в беседе, в общем-то отмолчавшись, под пытливые взоры Роальда неторопливо поехал к северо-западу. Антов дюже завёл сей беспрепятственный отъезд, но с расспросами к Роальду они не приставали: очень ожидали в скором времени крупное пополнение из родных имений — с пыльных пастбищ. Лишь численность даст им право вмешиваться во всё происходящее.
